В Риме юный герцог удостоился аудиенции у самого Римского Папы. Его Святейшество был очень рад принять у себя благородного юношу и сказал ему при встрече:

— Много лет тому назад я близко знал твоего отца, герцога Севина, и теперь я счастлив взглянуть на его взрослого сына. Воистину, Ивон, ты сотворен Создателем как точное подобие моего старого друга! Думаю, что ты, Ивон из Бордо, принес мне только добрые вести. Скажи мне, сын мой, что же заставило тебя покинуть Францию и прийти сюда, к нашим дверям?

Ивон поведал Его Святейшеству о горе, которое его постигло, и о тяжелом поручении, возложенном на его плечи по воле короля Карла Великого.

С отчаянием говорил юный герцог о своем будущем, потому что ему казалось, что он скачет на верную гибель. Но как только горькие слова сорвались с губ И вона, Его Святейшество Папа Римский остановил речь юноши движением руки и мягко упрекнул его:

— Да будет тебе известно, сын мой, что нет ничего невозможного на белом свете для того, кто всем сердцем верит в милосердие Господа нашего Христа. Так говорил Он Сам. Иди вперед, вооруженный верой, и ты все преодолеешь, — даже то, что ждет тебя впереди и внушает такой страх за твою жизнь — всю грозную и ужасную силу язычников.

При этих словах на сердце у Ивона полегчало, и он почувствовал себя человеком, в один миг сбросившим тяжелые железные оковы. Затем Его Святейшество посоветовал Ивону поехать в Сант-Омар и увидеться там с герцогом Гэрином, который приходился Ивону родным дядей. Ивон последовал совету Папы и скоро оказался в доме герцога Гэрина, очень известного воина, который в свое время объездил весь христианский мир и был очень мудр и опытен.

Герцог Гэрин встретил юношу с распростертыми объятиями и прижал его к своей груди.

Он отвел Ивону место рядом с собой и обращался с ним, как с названным сыном, потому что у Гэрина не было наследников, а Ивон так походил на своего отца в ранней молодости, что герцог Гэрин, глядя на него, постоянно вспоминал своего брата герцога Севина. Много добра увидел Ивон от своего дяди и крепко подружился с ним. Подошло время, когда Ивон и его друзья должны были отплыть на корабле в сарацинские земли. Герцог Гэрин позвал к себе свою жену и сказал ей:

— Госпожа моя, следите хорошо за нашими владениями и управляйте всеми делами, как управлял бы я сам.

Я решил отправиться в путешествие вместе с моим племянником, чтобы он, рискуя жизнью и преодолевая опасности, не был одинок в трудном походе.

Жена герцога Гэрина печально ответила своему мужу:

— Мой добрый господин, я боюсь расставаться с Вами! Мне снились плохие сны всю эту неделю, и мне кажется, что если Вы покинете меня, то я больше уже не увижусь с Вами в этом мире. Но если будет на то Ваша воля, я исполню Ваше повеление.