Старейший рыцарь ответил за всех:

— Воля нашего Государя и повелителя, короля Карла Великого, состоит в том, чтобы сыновья герцога Севина незамедлительно отправились ко двору Его Величества, выразили почтение Государю, атак же предстали перед своими собратьями пэрами и были утверждены по закону Франции на своей земле.

Герцогиня Акли взволнованно и торопливо отвечала:

— Если наш Государь не доволен моими дорогими сыновьями оттого, что они не искали раньше королевского двора, то позвольте всю тяжесть Государева гнева перенести на меня.

Когда мой бесценный супруг и господин, герцог Севин, покинул этот мир, он оставил меня в печали и тревоге, но дети стали утешением мне. На их младенческих лицах я различала черты моего господина, и я не могла вынести разлуки с детьми, если даже они просто на час оставались без моего присмотра. Но сейчас мои сыновья повзрослели, хотя они еще так юны, — и я больше не имею права распоряжаться их судьбами с женским ревнивым опасением. Позвольте только нам обождать Пасхи, чтобы мы все вместе смогли отпраздновать Воскресение Господа нашего Иисуса Христа, и тогда пусть мои сыновья отправляются ко двору и служат и принадлежат Государю, как служил и принадлежал их славный отец.

Ивон поднялся со своего места, и лицо его осветилось радостью и гордостью. Он сказал посланникам короля:

— Когда вы возвратитесь назад к нашему Государю, передайте ему, что мы считаем великой честью выполнить его повеление и незамедлительно отправимся в муть, чтобы явиться ко двору. Но только сначала мы исполним желание нашей матушки и отпразднуем с нею Христово Воскресение.

Возьмите собою на память о нашей встрече этих коней, потомков Оркни, — они верно послужат вам в битвах, равно как и на мирных дорогах, — и еще примите в дар рыцарские плащи, что перекинуты поверх седел, и кошельки, привязанные к ним. Нет такого подарка, которым можно было бы достойно вознаградить приносящих слово Государя.

Королевские посланники были изумлены дорогими дарами, по щедрости достойными монарха. С большой радостью поднялись рыцари на боевых коней, одевшись в прекрасные пурпурные шелковые плащи.

Много благодарных слов сказали они, пока ехали до ворот Бордо.

Когда геральды вернулись ко двору Карла Великого, они доложили королю все вместе и каждый по отдельности о том, как их приняли Ивон, Жерар и радушная герцогиня. И столько прозвучало похвал молодым хозяевам Бордо и доброй герцогине Акли, что хвалить больше было бы уже невозможно.

— Господин Ивон, — сказал старший рыцарь, — крепкий и сильный юноша, вежливый и красноречивый, точно королевский сын.