Крайне опасное и интригующее сочетание.

«А ещё он ужасно хорош собой», — прошептал внутренний голос, заставив Беллу вновь покрыться мурашками".

Она мотнула головой. Не время об этом думать.

А Макс тем временем заканчивал свою речь:

— Если нет вопросов, то моё присутствие здесь больше не требуется. Для обсуждения всех нюансов и окончательной проработки договора я пришлю своих людей. У меня есть эксперты во всех сферах, необходимых для этого проекта. А, когда всё будет готово, мы с мисс Изабеллой окончательно всё обсудим за чашкой кофе.

Снова этот кофе… но почему-то в этот раз Изабелла была совсем не против.

В этот раз Веласко затягивать с переговорами уже не стали.

Когда я уходил, то заметил, каким жёстким стал взгляд Изабеллы. Учитывая, как взвинчена из-за меня она была до этого, полагаю, разнос своим подчинённым она устроила знатный.

Что, в общем-то, подтвердила и Линда. Хватило буквально пары дней, чтобы черновой вариант договора уже подготовили. Мне лично оставалось только его заверить.

— Хосе просто умолял меня, чтобы я не затягивала до завтра, и вы успели ознакомиться с документами уже сегодня, — сообщила мой юрист, протягивая мне папку.

Хосе — это тот самый очкарик, который рассказывал о проекте на совещании. Отстранить его не отстранили, но, думаю, что от гнева Беллы он пострадал больше всех.

Мы сидели в моей любимой кофейне. И кроме Линды, здесь был и её муж, также вернувшийся с переговоров, а со мной приехала Ольга.

— Что ж, я тоже не вижу смысла тянуть время. Чем раньше мы придём к согласию, тем лучше.

Я погрузился в чтение документов, а Линда пока объясняла остальным самое основное:

— На мой взгляд, условия отличные. На запуск завода даётся полгода. Далее он должен поставлять клану Веласко не меньше пятисот килограммов очищенной благодати в месяц. При этом Веласко оплатят запланированный объём благодати на год вперёд по фиксированной цене, тем самым субсидируют строительство.

Я отвлёкся от бумаг:

— Это даже слишком хорошо. В чём подвох? Они готовы работать себе в убыток?

Среди нас он был единственным, кто по настоящему разбирался в переработке материалов, содержащих скверну. Ведь он проработал на таком заводе всю свою жизнь.

— Это вряд ли, — пояснил он. — Веласко совсем не дураки. Основные расходы при производстве ложаться не на покупку оборудования, а на персонал и обеспечение безопасности. К тому же цены на благодать постоянно растут. Причём в последние лет пять едва ли не на тридцать процентов стоимости каждый год.

— Такой серьёзный спрос? — нахмурился я.

Не слишком-то приятно это слышать, зная, какая это отрава. Пусть даже мне это сейчас и выгодно.