Когда их наконец поймали, оказалось, что они успели продать несколько миллионов акций своей липовой корпорации. Конечно, эти мерзавцы заботились о здоровье – о здоровье своих счетов!

Адриенн хрипло засмеялась.

– Двое из них получили по заслугам. Они сейчас гниют где-то в тюрьме. А третьего отпустили. Представляешь, отпустили! Моя бабушка потеряла все. Сбережения. Дом. Даже теплицу, где она выращивала орхидеи.

Ник весь покрылся противным холодным потом.

– Я не очень хорошо себя чувствую. Я… Я думаю, что лучше мне выйти на воздух.

Но Адриенн, не слушая его, продолжала:

– Бабушка от переживаний заболела.

Серьезно заболела. У нее были проблемы с сердцем. Но страховку ей, разумеется, никто не выплатил. У нее не было четырехсот долларов, которые требовались на лечение, а попросить у меня она стеснялась. Поэтому она просто не пошла к врачу. К тому времени, как я узнала, насколько серьезно она больна, было уже поздно. Я перевезла Грэйси к себе, ухаживала за ней, но… – Адриенн покачала головой, слезы потекли по ее щекам. – Было уже поздно.

– Как долго ты ухаживала за ней?

– Два года.

Два года вычеркнуты из ее жизни, и он в этом виноват так же, как и его партнеры.

Не надо было слепо доверять Митчу и Моргану, надо было больше узнать об их планах. Черт!

– Неудивительно, что тебе понадобился отдых, – пробормотал он.

– Мне было нетрудно за ней ухаживать. Она столько для меня сделала. Я не могла допустить, чтобы ее положили в какой-нибудь убогий дом престарелых.

– Как же ты содержала ее и себя в течение этих двух лет?

Адриенн грустно улыбнулась:

– Фостер был очень добр ко мне. После того, как погибли мои родители, я узнала, что он был влюблен в мою мать, а она предпочла ему его друга и вышла замуж за моего отца.

 – Ее улыбка померкла. – Он всегда помогал нам. Устроил отца на работу, давал мне возможность подрабатывать в своем агентстве, пока я не закончила колледж, а потом взял к себе на постоянную работу. Он собирался направить меня в Таксон, чтобы я возглавила новое отделение его агентства.

Она немного помолчала, погрузившись в воспоминания, потом продолжила:"

"– Конечно, мне пришлось отказаться, так как к тому времени заболела бабушка. Я объявила Фостеру, что увольняюсь, но он понимал, что тогда я останусь без средств.

Он сказал, что нуждается в моей помощи, установил в моей квартире компьютер и факс, продолжал платить мне зарплату. Мы договорились, что я буду работать столько, сколько смогу. Не думаю, что действительно была нужна ему. Он оставил меня в агентстве, чтобы я смогла оплатить счета за лечение. Теперь ты понимаешь, почему я тогда так вышла из себя, когда ты намекнул на то, что я могу быть любовницей Фостера. – Адриенн не заметила, как перешла на «ты».