И в этот момент совсем другой некромант, чьего имени я не знала, произнес:

— А может быть, она просто покрывает кого-то? Может быть, самого Кайла Шерье?

Меня словно окатили ледяной волной.

— Нет! Ведьма здесь лишь одна, и в моих силах… — начала было говорить я, вскакивая со стула, на котором сидела, готовясь бросить заклятье и продемонстрировать собственную мощь.

Но внезапно от перенапряжения и страха за Кайла заклинание, которое я так долго готовила, все же рассыпалось.

В ужасе я открывала и закрывала рот, как рыба, выброшенная на берег, маленькая и беззащитная.

Упав обратно на стул, я повернула голову к Хеймору, вглядываясь в малюсенькие черные глаза на морщинистом лице, намереваясь все же закончить свою бессмысленно брошенную фразу, как вдруг старик заговорил:

— Не стоит лгать, деточка. — И голос его звучал неожиданно мягко.

В этот момент я вдруг поняла, что для него, как для первого некроманта королевства, вступившего в сговор с опальным принцем, не выгодны подозрения, падающие на Кайла Шерье. А значит, он будет пытаться все отрицать.

— А откуда мы вообще можем знать, что она говорит правду? — произнес он, опустив взгляд на сухое черное сердце.

 — Этот орган, несомненно, зачарован, но его магия вполне может быть направлена, например, я прощу прощения, ваше величество, на снижение вашей потенции. Недаром сердце было положено именно в ногах.

Король перевел на меня хмурый взгляд, а затем снова на первого некроманта.

— И что, тебе кажется, что это должно меня обрадовать?! — спросил он зло. — И вообще, это твоя забота — решать, с помощью каких проклятий пытаются убить твоего короля!

— Я уже говорил и готов повторить, что вашей жизни ничто не угрожало и не угрожает.

А девушке, если она и впрямь сильная некромантка, в чем я теперь уже сомневаюсь, стоило бы просто признаться.

— В чем же? — приподнял бровь Ирвиш. — По-моему, она уже во всем призналась.

Честно говоря, я была склонна с ним согласиться, недоуменно вглядываясь в лицо Хеймора.

— В том, что просто хотела привлечь к себе внимание, — пожал плечами старик. — В то время как во дворце происходит смотр колдунов, годных к службе у вашего величества, каждый хочет как-то выделиться.

А чем не способ — показать, что ты умеешь накладывать такие сложные чары, как проклятия на смерть. Но при этом продемонстрировать ещё и полное раскаяние и любовь к вашему величеству. Наверняка любой захочет, чтобы подобная сильная колдунья служила на его благо, а не на чужое.

Несколько мгновений Ирвиш молчал, ошеломленно хлопая глазами. Признаться, я была удивлена не меньше его. Так вывернуть ситуацию мне самой бы в голову не пришло.