Среди хаоса траекторий, иногда ведущих к столкновениям (отмеченным мгновенными вспышками), взгляд отыскал несколько подходящих коридоров сближения.

«Похоже я не первый, кто решил посетить Везувий», — подумалось ему. Среди облаков космического мусора прослеживалось несколько крупных прорех. Создавалось впечатление, что некие космические корабли проложили себе путь к планете, но это произошло лет триста-четыреста тому назад, еще до «Изоляции» — расчищенное пространство уже успело затянуть разного рода хламом.

Интересно, кому понадобилось исследовать Везувий?

Вывод напрашивался наиболее простой.

Наверняка какая-то из корпораций Окраины пыталась разжиться технологиями военного времени. Судя по всему, на посадку шли группы кораблей среднего класса. Путь они расчищали при помощи бортовых генераторов плазмы, — увеличив несколько фрагментов космического мусора, Захар отчетливо разглядел характерные следы плавления. Острые края обломков приобрели мягкие, как будто оплывшие формы. Знакомая картина.

Выходя на орбиту вокруг планеты, он все же усомнился в первоначальных выводах. Слишком близко к атмосфере располагались облака стальных частиц.

Пожалуй, тут произошло не одно, а несколько крупных сражений, причем последнее из них отгремело недавно. Тогда возникал закономерный вопрос: что за таинственный флот мог прорваться к Везувию, и кто ему противостоял?

Недоумение переросло в стойкое чувство опасности. «Я чего-то не понимаю, либо не вижу», — тревожная мысль засела, как заноза. Захар прекрасно понимал: кроме Элианской Империи никто не обладал достаточным арсеналом средств для организации рискованных экспедиций, особенно во времена «Изоляции», когда все гиперсферные трассы стали непригодны для навигации.

Только боевые мнемоники могли в таких условиях провести флот в удаленный сектор пространства.

Риск огромный. Значит и цена вопроса должны быть соизмеримой. Что же за тайны хранит эта жутковатая планета?

От мыслей Прилепина отвлек сигнал.

Бортовые системы «Х-страйкера» обнаружили остаточную аномалию, расположенную в паре световых секунд от Везувия.

Слабое гравитационное искажение отобразилось на сканерах в виде нескольких мерцающих концентрических окружностей.

Явный след мощного окна гиперкосмоса, способного пропустить целый флот.

Фрайг… Это уже не шутки. Одно дело — точечный прокол метрики пространства и совсем другое, — временно стабилизированная червоточина. Для ее формирования требуются поистине звездные энергии.

Откуда Рапс получил информацию о сохранившемся заводе по производству нейрочипов? Явно не из военных архивов, ведь он уверенно утверждал, что производство уцелело. Значит, данные свежие.

В мысли вплелся еще один сигнал от поисковых систем.