– Меня к тебе тогда твои амбалы даже не пустили. Я несколько ночей не спала, понимая, что виновата в том, что ты попал в больницу. Ты ведь не жаловался никогда, – ставит пустой стакан на стол.

– Поломался немножко. Бывает, – сажусь на край стола рядом с ней. – Ну так что, Нат? Ставим точку?

– Жаль, что ты не привез свою Агнию. Ладно, Соколов. Тупо пытаться удержать тебя, если ты этого не хочешь. Давай закончим. Я, кстати, решила продать наш дом. Уеду в Петербург, начну там все с нуля. Находиться с тобой в одном городе мне пока тесно.

– Нужна будет помощь, звони, – киваю ей.

Зову юриста. Перед нами раскладывают документы. Заполняем, подписываем.

– Все. Завтра я отвезу их в суд, получу решение и, думаю, что к вечеру свидетельство о расторжении брака будет у вас на руках, – захлопывает папку юрист.

– Так быстро? – Наташа смаргивает остатки слез с влажных ресниц.

– Да, там все заряжены. Для Демида Игоревич Соколова сделают оперативно. А теперь я вас оставлю, – кивает моей уже бывшей жене, пожимает мне руку и тихо поздравляет, чтобы она не услышала.

– Мне так странно, – Ната водит пальцем по столешнице.

– Уверен, у тебя все будет хорошо. Спасибо тебе, Наташ, – целую ей руку.

– За что? – искренне не понимает.

– За то, что подарила мне столько лет жизни и нашла в себе силы отпустить. Знаю, тебе это далось непросто.

– Вспомнила, что у меня еще осталась гордость. Ладно, Соколов, я поеду, – встает со стула.

– Нет уж. Сама справлюсь. Пока, – машет мне рукой и красивой походкой покидает кабинет.

Улыбнувшись, тоже собираюсь. Меня дома ждут мои девчонки.

Прошу водителя заехать по дороге в цветочный бутик, выгребаю там все алые розы, устраиваю на заднем сиденье. Дальше у нас по маршруту магазин игрушек. В нем я тоже оставляю немало денег, заполнив салон разноцветными коробками разного размера. Хотел еще воздушные шары купить, но вовремя одумался. Мы их просто не довезем.

Возле дома приходится просить своего водилу помочь мне поднять все подарки на этаж. Рук не хватило, а бегать туда-сюда совсем не хочется.

Когда разноцветные коробки для дочки оказались выстроены в башенку прямо в подъезде, а я смог все же устроить цветы в обеих руках, можно и домой попроситься. Стучу ногой в дверь, надеясь, что мои девчонки не испугаются.

Слышу топот Таськиных ножек. Дверь открывают вдвоем с Агнией.

– Ой… – выдыхает любимая.

– Подарки! – звонко визжит дочка.

– Родная, это тебе, но ты их не удержишь, – смеюсь, протискиваясь с цветами в прихожую.

– Ненормальный, – смеется она.

– Какой есть, – роняю цветы нам под ноги, обнимаю ее и прижимаюсь к теплым губам. – Придется тебе меня таким любить, – трусь кончиком носа об ее.

– Придется, – вздыхает эта зараза с лукавой улыбкой.