Однако тянулся ко мне и притягивал меня к себе, все чаще заставляя улыбаться без причины.

Однако, ничего не может длиться бесконечно. И эта, оставившая столько светлых воспоминаний, дорога тоже завершилась.

Мы стояли у подножия лестницы, что уходила бесконечным количеством ступеней на один из горных уступов. Где-то там, в вышине, едва заметно виделась часть открытого храма. Подниматься туда, я обязана была одна. На этом пути мне уже никто не мог помочь, даже Дарден.

— Ничего не бойся! Тронут, и будут тебе и сапожки и ремешок, поняла? — Дарден сжал мои плечи своими лапищами, а я в ответ могла только кивнуть, слыша в голове почти слово в слово туже фразу, только уже от Алиены.

Я поднималась, понимая, что вот он — мой Рубикон. На резную ручку храмовой двери легла моя, чуть дрожащая, рука. Легкий нажим, и дверь с тихим скрипом поддается вперед…

Ну, что сказать? Не особо эти наги и скучали, дожидаясь свою нареченную, то бишь меня. Блюда с фруктами и мясом, пустые и полные кувшины с вином.

Трое крупных нагов вальяжно развалились на вышитых подушках. Один, самый широкоплечий отличался черной, глянцевой чешуей, что странно гармонировала с янтарно-желтыми глазами.

Его я про себя окрестила ужиком. Двое других были очень похожи между собой и смутно кого-то напоминали. Сине-серебристая чешуя напоминала мне почему-то о снеге. А вот глаза у обоих были серыми, Не насыщенного цвета грозового неба, а какими-то светлыми.

Рассматривая синих нагов, я не заметила резкого броска черного Ужика, который схватил меня за шею и приподнял над полом.

— Что за мерзкое и уродливое существо привязал к нам ритуал? Оно вообще, какого пола? — Наг не особо переживал, что причиняет мне боль и что мне не хватает воздуха.

Черный повернулся к двоим, издевательски хохотавшим нагам, и хотел что-то им сказать, но не успел. Темно-синий ураган снес его одним ударом и отшвырнул к стене. Та же участь постигла и двоих смеявшихся, что попробовали, было напасть на неожиданно появившегося четвертого нага.

И пока трое моих так называемых мужей приходили в себя, меня аккуратно подняли на ноги и внимательно осмотрели.

— Ты как? — Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь снова его увижу.

Яркие лучи полуденного солнца проникали в комнату сквозь широко распахнутые окна. Просторное помещение было почти лишено мебели, но все равно кричало о роскоши и достатке.

Одного только дерева в этой комнате было больше чем в ином поселении. Ромбовидные дощечки разного оттенка плотно прилегали друг к другу, создавая мозаичный переход на потолке от более темного цвета к самому светлому. Светлые деревянные панели на стенах, что полностью закрывали каменную кладку.