Загружая вещи в потрепанную жизнью «шестерку», Леся внезапно выругалась:

Кира, нервы которой и так были на пределе из-за получасового ожидания такси, выронила из рук свой собственный чемодан и в ужасе уставилась на подругу, ожидая, что та сейчас заявит, что они забыли дома паспорта или все наличные деньги, которые намеревались прихватить с собой.

— Ноготь! — жалобно простонала Леся, протягивая подруге свой палец. — Сломался.

— Тьфу ты! — с досадой сплюнула Кира и, запихнув чемодан, полезла в машину.

В аэропорту подруги немного поругались, сдавать ли им вещи в багаж. А если сдавать, то стоит ли их паковать.

— Чего там паковать! — возмущалась Леся. — Пошли быстрей на паспортный контроль. Вон там какая очередь!

— Если не запаковать, то могут повредить, — отстаивала свое мнение Кира. — А у меня чемодан совсем новый.

Лесина сумка на колесиках тоже была новой. И она подумала, что подруга не так уж и не права. Получив назад свой обмотанный пленкой багаж, подруги торопливо сдали его в окошко, а сами пристроились в хвост длинной очереди на паспортный контроль. Ждать пришлось долго. Наконец они его прошли. Но потом без всякого объяснения задержали на целый час рейс. И все попытки перепуганных пассажиров выяснить, что же произошло с их самолетом, натыкались на смущенное хихиканье работников аэропорта.

Затем в одночасье все они вдруг куда-то испарились, и среди пассажиров, уже прошедших в зал ожидания, поднялась настоящая паника.

— В самолете бомба! — вещал один громогласный гражданин. — Я знаю это совершенно точно.

— У меня дети голодные. Когда нас будут кормить? — вопрошала молодая мама, озабоченно пытаясь уследить за своими двумя малолетними отпрысками, которые в компании своих друзей явно хотели перевернуть вверх дном весь зал ожидания и, на взгляд подруг, вовсе не нуждались в дополнительных источниках энергии.

Да и остальные дети старались вовсю. Младшие вопили во все горло. Кто постарше, канючили. А отпрыски от пяти до семи играли в «соловья-разбойника».

— Молодой человек, присядьте! — услышали вдруг подруги женский голос. — Вы же на ногах не держитесь.

Они повернулись в ту сторону и увидели парня, который в самом деле изрядно пошатывался.

— Разве можно так напиваться? — причитала возле него какая-то пожилая женщина. — Что вы будете делать в самолете?

— Мне будет хорошо! — заверил свою собеседницу молодой парнишка и плюхнулся на сиденье.

При этом стало совершенно ясно, что он и в самом деле был здорово пьян. Потому что плюхнулся он не на сиденье, как предполагалось, а на Лесин пакет со сменной одеждой, которую она планировала захватить с собой в самолет.

— Ой! — кинулась к нему Леся.