– Аверин сел напротив и поставил на стол свой бокал. – Вы ведь занимаетесь не только административной работой, но и практикуете как чародейка?

– Нет, не совсем. Чародейством я почти не занимаюсь уже много лет. Но преподаю до сих пор. Что вас интересует?

– Хм… почти не занимаетесь… но ведь вы лечили Ивана Григорьевича, так? И насколько я знаю, довольно успешно.

– Увы, но нет. Лечение сложно назвать успешным. Вам, должно быть, известно, что последние несколько месяцев он уже почти не ходил самостоятельно.

– Да, я слышал об этом. Чем он хворал?

– Артрит. От него нет лекарств. Ни чародейская, ни современная наука пока не достигли в его лечении никаких серьезных успехов. Можно замедлить болезнь, можно унять боль и ненадолго снять воспаление. Но не более того. Артрит прогрессирует. И в конце концов берет верх.

– Значит, Иван Григорьевич не мог ходить из-за сильной боли?

– Именно. Я много лет занималась его недугом. Изучала, искала способы лечения, даже разработала несколько весьма действенных заклятий, но это помогало только на начальной стадии и на время. Ректор был сильным, тренированным человеком, и, не без моей помощи, конечно, он продержался довольно долго. Но боли становились всё сильнее, его суставы деформировались. Заклятия почти перестали помогать, а от морфия и опиатов он отказывался, думаю, не нужно объяснять почему.

Наталья Андреевна, похоже, хорошо знала свое дело. Что же, возможно, удастся узнать у нее и то, что нужно.

Аверин перешел к главному вопросу:

– Тогда скажите, ведь это вы восстановили печать после попытки взлома Хранилища?

– Да, – подтвердила она, – кто-то хорошо постарался, снимая печать, мне пришлось полностью восстанавливать плетение.

Интересно, говорил ли ей Меньшов, что вскрыть Хранилище пытался сам ректор? Аверин этого не знал и решил, что тему поднимать не будет.

– Во взломе участвовал сильный чародей? Он должен был присутствовать на месте?

– Нет. Вернее, участвовал, несомненно. Но личное присутствие при вскрытии печати необязательно. Я могу ошибаться, но мне кажется, что преступник воспользовался отмычкой на основе разрыв-травы. Мою печать буквально… разворотило. Для создания такой отмычки нужен очень опытный чародей, но использовать готовую может любой, обладающий силой. Вы думаете, что попытка взлома связана с убийством… Ивана Григорьевича?

Перед именем ректора она сделала небольшую паузу, и Аверин это отметил.

– Да, я почти уверен в этом. Согласитесь, было бы странно, если бы эти события оказались простым совпадением. Тем более что ключ от Хранилища похищен. Думаю, вам это известно.

Она посмотрела на сыщика с недоумением. Но, помолчав, сказала:

– Вы правы. Вы хотели узнать что-то еще?

– Конечно. Вы просто кладезь бесценной информации.