И я не шучу, на дружка своего посмотри!..

— Нет, есть главнее.

— Я не знаю, не моего полёта птица.

— Местный тренер в курсе чем вы промышляете?

— Только про официальную часть.

— Он знает про устраиваемые бои, знает про тотализатор, но не знает про гладиаторов.

— Чего? Гладиаторов? Это что ещё такое?

— Ну это… так называют бои между смертниками…

— По-разному. Чаще пара на пару, так зрелищнее, бывает трое на трое, но это редко.

— Групповой бокс что-ли?

— Почему бокс? Без правил, чаще с холодным оружием, ты Спартака если читал, так оттуда передрали, говорят, любимая книжка шефа.

Спартака я читал, и даже фильмы какие-то смотрел про всё это дело, в двадцать первом веке наснимали достаточно, но никак поверить не мог что такое может в союзе происходить, пусть и уже под занавес.

— Ты же сказал что не знаешь кто главный?

— Поэтому и сказал, «говорят»…

— Бухтомин, только он напрямую с шефом работает! — глядя в черный зрачок пистолета, скороговоркой выпалил мент.

Детектора лжи у меня нет, но вроде не врёт.

— Ладно, поверим пока. Бойцов где берете?

— По-разному… кто-то сам приходит, за деньги, с тюрьмы бывает присылают, кого-то у братвы покупают, по-разному, говорю же…

— Постой, как это у братвы?

— Да легко. Должен человек денег, вот его и сдают чтобы отработал. Мотивация простая, победишь, уйдешь живой и без долгов. Не сможешь, тоже без долгов, но мертвый. Безотходное производство.

— Так стоп, ты не перегрелся случаем? Ты ж мент? Чё ты мелешь?

— А что, менты не люди? Думаешь я добровольно во всё это говно полез?

— Заставили? — «посочувствовал» я.

— Ну хорошо, пусть так, бог тебе судья. Ты вот что скажи, с братвой и хозяевами твоими понятно, — отморозки, а со зрителями как? Они что, знают всё и молчат?

Мне действительно было непонятно кто может заинтересоваться подобным. И нет, я не насчет морали, или совести, их может и не быть, но как же страх? Здесь же чистой воды уголовщина, если поймают, ни один адвокат не поможет.

— Ты прям как с луны свалился. — усмехнулся мент. Он кажется всё же поверил что будет жить, хотя сам я ещё на его счёт ничего не решил. — Знаешь сколько желающих нервы пощекотать? И ты просто не представляешь какие это люди!

— Нет, почему же, представляю. Уроды всякие, нормальный человек таким дерьмом заниматься не станет. Или ты не согласен?

— Ладно, не будем о грустном, вот тебе бумага, вот ручка. Пиши всё что знаешь, — имена организаторов, участников, где проводятся бои, как, в какое время, в общем, всё. И запомни, от того что ты тут накалякаешь, зависит то, как долго ты проживешь. Не понравятся мне твои откровения, пристрелю как собаку, вон, как дружка твоего плешивого. Так что давай, времени у тебя полчаса. И вот ещё, на-ка, к батарее пристегнись, чтобы соблазнов ненужных не было.