– Он уже завтра перестанет им быть, так что губу не раскатывай.

Утром я сама звоню Демьяну, чтобы вернуть машину. А то как-то действительно некрасиво получается с машиной. Забрала. Уехала. Бросила его там. Теперь он не берет трубку. По коже тянется липким слоем страх, что его действительно могли посадить. Так что я позвонила в дом Одинцовых, чтобы узнать, дома ли он, и как вернуть машину. Ответила мне их неизменная экономка. Мы с ней частенько здороваемся на рынке, или если она приходит к нам за яйцами.

– Ася, вот так сюрприз.

Дико неудобно. За эти пять лет я ей и двух слов не сказала. Как, собственно, и матери Демьяна. Отца видела реже всех. Здоровалась, да, но, прям, вот смотреть в глаза и разговаривать не могла. – Да. Как это вы меня узнали?

– Ну, я пока не такая старая. Тебе Демьяна?

– Ну… В общем да. Он дома?

– Они поехали в больницу.

Вчера Демьяна ударили, и он упал на асфальт. Сглатываю. А если что-то случилось? А если что-то серьезное?

– С Демьяном что-то?

– Нет, нет. У них у друзей пополнение. Может, видела блондинку молодую. Гуляла как-то с Олесей – это вторая сестра Демьяна. Да, припоминаю. – Он телефон забыл. Ему передать что-то, как вернется?

– Да, пусть мне позвонит. Это насчет машины.

Выключаю телефон и сажусь на кровать. Люба как раз в комнату заходит.

– Не, все нормально. До Демьяна не могу дозвониться. Машину хочу отдать.

– Ну, в теории по закону-то пока твоя машина.

– Эти привилегии скоро закончатся. Да и не нужна она мне. Ты нашла квартиру?

– Да, договорилась с риелтором. Поехали смотреть.

Первая квартира была просто ужасна. Подвал и тот краше был. И кажется, мимо пробежал рыжий усатый сосед.

– Ну, а что вы хотели, девушки? За ваши деньги-то.

Деньги, да. У отца я стараюсь не брать. Но, наверное, можно попросить, учитывая, что общежитие после окончания учебы мне придется покинуть.

– Да мы понимаем. Но можно хотя бы без насекомых?

Вторая квартира не лучше первой, но совсем рядом с залом суда, где мы работаем статистками с Любой на полставки, да и насекомых, вроде, не видно. Тут две комнаты и крохотная кухня. И если повесить шторки и переклеить обои, то можно вполне тут жить.

Нам с Любой даже переговариваться не нужно, мы просто киваем и заключаем договор. Едем обратно за чемоданами, чтобы перевезти их. Обсуждаем, что и как поставим, кто в какой комнате будет жить. Правила проживания у нас давно определены. Мы никогда даже не ссорились на тему, кто будет готовить, а кто мыть пол.

– В общем, думаю, на выходных нужно будет обои поклеить свежие. Хорошо, что хозяин, вроде, адекватный.

– Кстати, насчет адекватных, – шепчет Люба, и мое сердце бьется об ребра и падает без сил в пятки. Живой и здоровый. Красивый такой, что живот крутит. Даже синяки и разбитая бровь не портят.