Столько лет осознавала, что ему это не нужно. Каждый день смирялась с этим. Меланхолия затягивает. Слезы слепят.

Зачем он вернулся? Рвет на части даже не от мысли о нем, а его входящий. Просто звонок, тот самый, что ждала пять лет!

Сердце в сальто бьется об стенки грудной клетки. Снова и снова, на каждый не принятый вызов. На каждый новый звонок. А следом сообщение.

Демьян: «А если бы он меня там убил?»

Хмыкаю, убираю телефон экраном вниз, чтобы избежать соблазна ответить. Если не смотреть, то и желания не будет? Но обманываю сама себя. Спустя десять минут борьбы с собой проигрываю. Уже вскоре читаю новое сообщение.

Демьян: «Когда ты стала такой жестокой?»

Мельком пролетает табличка въезда в город. Я не ожидала сегодня вернуться, я была уверена, что буду лететь в самолете, держа за руку Андрея.

А вот и он. Шлет сообщение. Фотографию. Крыла самолета на фоне ночного неба. Листаю переписку вверх. Последнее сообщение о том, что он мечтает снять с меня платье, хотя и не видел его вживую. Это ведь плохая примета.

А знаете, какая примета еще хуже? Появление бывшего на свадьбе.

Наконец, мелькает знакомый университет, рядом высокое здание общежития. Я глушу двигатель и долго перелистываю переписку с Андреем. До самого первого сообщения. Телефон дала подруга Люба, упорно считавшая, что Ремезов моя судьба.

Он звал меня на свидание. Снова и снова. На протяжении трех лет. За это время он успел познакомиться с моим отцом. Очаровать мою мать. Даже найти общий язык с братом и младшей сестрой. За это время он участвовал во всех мероприятиях, которые организовала наша староста Люба, он помогал мне и снова и снова звал меня на свидание.

В четвертую годовщину похищения, да.

Мне было так плохо, тело болело все, разрядка не спасала, а фотография Демьяна с новой постоянной девушкой буквально выжгла меня изнутри.

Я ответила согласием и в тот же вечер поехала к нему. Практически напала с поцелуями, ощутила на себе чужие губы. Жадно искала в этом хоть что-то знакомое. Хоть что-то родное. Но стоило Андрею раздеться, как меня стошнило. Прямо на него.

Я убежала и месяц не могла на него смотреть, разговаривать, потом извинялась.

И сейчас пишу единственное, что чувствую к нему искренне. Сожаление, что втянула его в это.

Ася: «Прости меня за все. За то, что втянула тебя в эти отношения, что согласилась выйти замуж. Ты замечательный, мне с тобой легко и просто. Но я не могла сказать тебе всего. Того, что связывает меня с ним. Не могла и не могу. Прости, если сможешь. Я не жалею, что была с тобой. Напиши, как долетишь, пожалуйста. Мне надо знать, что ты здоров».

Вбиваю последнюю буквы, а потом хочу стереть. Ему это не нужно. Ему поможет лишь мое хладное тело. Но все равно отправляю… Пусть знает, что я не настолько тварь.

Выхожу из машины и закрываю.