Хаотичная, яростная мощь, против которой было крайне сложно действовать.

Но я уже проломил её защиту и ворвался внутрь. Что позволило притянуть кусочек сути Агвира к своей «искре» и соединить их.

Я ожидал, что это будет больно. Но не думал, что настолько. Как будто в мою голову разом ударили десятки тысяч молний Юпитера. Сознание помутилось, а на момент исчезло и ощущение собственного тела. По сути, я вовсе перестал что-то чувствовать. Осталась лишь темнота и плавающей в ней божественное «я». Странное состояние.

На момент даже показалось, что я мёртв и это переходный момент до того, как разум вырвется наружу и станет искать новую оболочку, начав всё сначала.

Впрочем, стоило этой идее появиться в моём сознании, как разом нахлынули ощущения собственного тела. Точнее — обрушились раскалённые волны боли. Соединение с настолько чуждой «искрой» не прошло бесследно. Изорванная энергетическая структура, смятые внутренние органы, превратившиеся в труху кости, ставшие фаршем мышцы. Чудо, что оболочка продержалась то недолгое время, пока я был без сознания.

Тем не менее, подход сработал — частица Агвира стала новым компонентом моей «искры».

Пока ещё пышущим жарким пламенем, но уже постепенно успокаивающимся и переходящим в стабильное состояние. Чувство чужой воли исчезло, а вся сила, что содержалась в этом кусочке божественной мощи, отныне была моей.

Я прошёлся по телу волной силы, восстанавливая повреждения. Новая порция боли заставила заскрипеть зубами — когда ты за доли секунды выращиваешь себе кости и заново собираешь внутренние органы, одновременно работая с энергетическими каналами, это не слишком приятно. Но тут была и хорошая новость — я снова ощущал свою челюсть и даже мог ею двигать.

Следом на меня обрушились голоса.

— Сиятельство, ты меня слышишь? Живой?

— Да почему мой Дар не работает! Что это за такая дрянь! Меркурий, очнись уже!

— Первый раз вижу, чтобы кто-то поглотил частицу Агвира. Не думал, что такое вообще возможно…

— Кто-то объяснит мне, зачем меня сюда привели? Что это за спектакль? И за каким… А ну-ка отошёл в сторону! Уберите этого ежа! Остановите его!

Внутренне хмыкнув, я поднял веки и столкнулся с взглядом Василины, чьё обеспокоенное лицо было прямо напротив моего.

Следом пришло и ощущение её рук на коже моего груди. Да и в целом она склонилась так, чтобы фактически прижиматься ко мне всем телом. А верхняя часть платья оказалась спущена вниз.

Щёки девы вспыхнули алым и та отпрянула назад, поправляя одежду. Отведя взгляд в сторону, тихо объяснила.

— При тесном контакте Дар работает лучше всего. Я просто пыталась помочь, не более.

Голос у неё слегка подрагивал. Как и пальцы, которые сейчас возвращали на место ткань. А сбоку откашлялся Оболенский.