Размышляя в таком ключе я поднялся ко входу в пещеру, из которого через несколько мгновений вылетел Сандал, передавший сигнал, что других медведей там нет. А сразу после этого добавил словами.

— Есть сирр-р-рены.

Интересно. Они что, не трогали друг друга? Этакий симбиоз, как у ларов с пенатами?

Уже не колеблясь, я сделал шаг вперёд, оказавшись внутри пещеры. Как быстро выяснилось, отсутствие света было обманчивым. Около входа его и правда не было. Но стоило углубиться на какие-то тридцать шагов и повернуть за угол, как стало гораздо светлее. Такое впечатление, что освещение исходило от самих стен. Я даже попробовал остановиться и рассмотреть их детальнее. И испытал некоторое разочарование — стоило сконцентрировать внимание на отдельном участке каменной поверхности, как тот становился с виду полностью нормальным. А когда я отворачивался в сторону, снова возникало ощущение, что он светится.

Сирены тут и правда были. Стоило пройти место лёжки громадного медведя, от которого несло неимоверной вонью, как нам начали встречаться уже знакомые твари. Нескольких я благополучно прикончил голыми руками — сворачивать шеи этим созданиям было куда проще, чем ломать шейные позвонки чешуйчатому монстру. Некоторых убил Сандал, тоже заметно прибавивший в силе после убийства громадного зверя.

Но самое интересное ожидало внизу. Когда я разобрался с очередной сиреной, поглотив выплеснувшуюся силу, ястреб внезапно передал мне чувство удивления. А пройдя ещё несколько десятков шагов, я понял, что именно его изумило.

Яйца сирен. Не меньше трёхсот штук, которые были уложены на неровном каменном полу и ждали своего часа, чтобы раскрыться.

— Убьём?

Покосившись на призрачного Сандала, я кивнул. Не думаю, что на моём месте кто-то стал бы сомневаться. Даже самый слабый духом смертный, должен был прекрасно осознавать, что из яиц вылупятся новые сирены. Сначала они будут ничтожны и глупы, но быстро освоятся и снова начнут убивать людей. А когда это боги Рима дозволяли кому-то прорежать свою потенциальную паству? Это исключительно наша прерогатива, а не каких-то монстров из странного осколка мироздания.

Получив мою отмашку, ястреб помчался вперёд, сокрушая и уничтожая. Через минуту пол был завален осколками скорлупы и залит жидкостью, а на будущей популяции сирен оказался поставлен жирный крест. Если они размножались только естественным образом, используя медведя в качестве своего рода стража, то больше такого шанса не будет. Потому что спариваться тут теперь некому.

На всякий случай, я отправил Сандала ещё раз облететь все закоулки пещеры, а сам начал выбираться обратно. Правда, около лёжки чешуйчатого монстра задержался — внимание привлёк блеск металла около стены.