Этих секунд замешательства хватило Савелию для того, чтобы сильным и точным ударом в шею «успокоить» парня по меньшей мере на полчаса… После этого Савелий выхватил из-за пояса пистолет, в прыжке ударил Владимира Андреевича ногой в живот, после чего тот со стоном согнулся пополам, лицо его исказилось от испуга и боли.

— Ну вот и свиделись, Володя Андреевич! — зло проговорил Савелий, держа пистолет наготове.

— Говорков?! — с изумлением воскликнул тот, мгновенно забыв про боль в животе.

— Не ждал меня, Воланд? — ухмыльнулся Савелий.

— Если честно, не ждал! — Владимир Андреевич уже взял себя в руки и смотрел на Савелия без страха, даже с некоторым сожалением.

 — Как это тебе удалось выжить? Ума не приложу…

— Да вот, выжил, вопреки твоим молитвам! Сейчас тебе понадобятся другие молитвы… за упокой твоей души!

— Эх, жаль, мне тебя, Савелий, — произнес он вполне искренне, а может быть, талантливо играя. — Я-то уже старик и пожил в свое удовольствие, а ты? Что ты будешь иметь с моей смерти? Вот что мне интересно!..

— Польза будет тем, кому ты смог бы еще принести зло! — Савелий говорил спокойно, твердо, но вдруг перед ним снова промелькнуло изуродованное лицо Виктора.

 — Я тебя бы уничтожил раньше, если бы знал… — Он даже зубами скрежетнул. — А теперь уничтожу только за то, что ты сделал с моим другом! Ты не должен жить. Ты же подонок! Так только духи поступали с нами там, в Афганистане!

— Ты, конечно, мне не поверишь, но я твоего Варлама не приказывал изуродовать! Более того, он остался бы жив, если бы дал слово не шлепать языком, а он на принцип пошел… а в нашем деле, коли начал пахать, то выйти сможешь только ногами вперед… Это, кстати, и тебя касается.

 — Он попытался улыбнуться, однако улыбка получилась кривой, похожей на гримасу. — Я тогда еще, при нашей первой встрече, почувствовал, что ты либо пентюх и ничего не понимаешь, либо какой-то свой интерес имеешь… — Он вздохнул. — Эмоции меня подвели: ах, сирота, ах, детдомовец, ах, афганец вот и расхлебываю, теперь. Ладно, давай, кончай быстрее! — обозлился он вдруг.

— Куда это ты так торопишься? — ухмыльнулся Савелий.

— Не хочу шума лишнего: внучка может напугаться.

Савелий посмотрел на него в упор, но тот стоял спокойно, без малейшего испуга в глазах, и только чуть напряглись скулы, когда пистолет поднялся до уровня лба.

И вдруг Савелий, не убирая пистолета, быстро обыскал его, но никакого оружия у него не было.

— Я не для того такие бабки им плачу, — кивнул он на лежащего парня, — чтобы еще и самому себя защищать!

Не обращая внимания на его слова, Савелий расстегнул его ремень и выдернул из брюк, затем подтащил его за шиворот к лежащему неподвижно телохранителю, вытащил и его ремень, сунул их к себе в карман, потом Проверил карман парня.