Я ощущаю его каждым сантиметром своего тела, задней его части. Кэш обхватывает меня руками за талию и намеренно кладет ладони на низ живота, чтобы у меня все внутренности сжались спазмом вожделения.

Его губы шепчут мне в ухо:

Дрожащими пальцами поворачиваю ключ зажигания. Повышаю обороты двигателя и понимаю: больше оборотов, чем выдает сейчас мое либидо, он накрутить не способен. Если Кэш не охладит меня, меньше чем через час я буду сидеть в луже.

Выезжаю из сарая и почти сразу останавливаюсь, чтобы открыть ворота. Навстречу выбегает один из наших пастушьих псов. Я опускаю руку и треплю его огромную белую голову.

Наклоняюсь, и пес энергично лижет мою щеку, потом отходит назад, давая мне возможность открыть ворота и выкатить квадроцикл. Кэш слезает и запирает ворота, и это повторяется из раза в раз, у каждых ворот на каждом огороженном участке стосемидесятиакровой фермы, где прошло мое детство.

Я везу нас вверх и вниз по знакомым с малых лет дорожкам, показываю Кэшу разные места, которые, как я думаю, могут его заинтересовать. Он задает несколько уместных и тонких вопросов, не оставляя у меня сомнений в том, что по умственным способностям не уступает Нэшу.

Умный и красивый. Черт его возьми.

Кэш помогает мне искать овец с ягнятами. Несколько раз он показывает на тех, которые родились весной. Кэш не провел рядом с овцами всю жизнь и не может с первого взгляда определить по внешнему виду разницу в возрасте ягнят. Но я различаю их сразу.

В конце объезда мы обнаруживаем семерых ягнят, родившихся в конце сезона. Это результат активных действий Рэмбо, одного из наших баранов. Ему в очередной раз удалось сбежать из загона и добраться до овечек. Как правило, отец следит за тем, чтобы овцы спаривались в определенные месяцы, тогда ягнята появляются весной. Но время от времени случаются всякие сюрпризы, и список детенышей неожиданно пополняется.

Я сделала запись о каждом найденном ягненке. Отец рассчитывал, что их будет штук семь или девять. О чем это говорит? Или мы найдем еще двоих завтра, или где-нибудь обнаружатся мертвые.

Хоть мне это и не в новинку, сердце все равно сжимается. Ничего нет хуже, чем терять ягнят.

На обратном пути мы видим еще двух собак и ламу по имени Педро. Конечно, Кэш отпускает шуточки по поводу каждого животного. Я безудержно хохочу от каждого остроумного замечания.

Что-то я сегодня слишком беспечна. Это меня беспокоит. Несмотря на все предполагаемые опасности, я все сильнее увлекаюсь Кэшем. Это как смотреть на горизонт и видеть, что область новых чувств лежит там, за ним. Вместе со зловещими грозовыми тучами. Для меня это было бы слишком просто – представить, как в один прекрасный день мы с Кэшем вступаем во владение фермой. Вместе.

Начать так думать – это настоящая катастрофа.