У тебя и так проблем хватает. Держись, сестричка…

— Я в порядке, честно. Не волнуйся.

Брат мерил комнату шагами, пока не успокоился и не пришел в себя. Они проговорили еще несколько минут. Вид детективов и то, что Риган держалась молодцом, несколько уменьшили его тревогу, и в конце концов Эйден собрался уходить.

Риган смотрел на старшего брата с нежностью. Потом она вдруг сказала:

— Знаешь, когда-то давно ты объяснил мне, что Мэдисоны не бегут от проблем и не прячут голову в песок. Пришло время доказать, что я Мэдисон, и взглянуть в лицо трудностям.

— Я говорю не о преступлении. Я имела в виду нашу семью и бизнес.

— Вот как. — Он остановился подле стола и внимательно взглянул на сестру. — И что это за проблемы, с которыми ты решила встретиться лицом к лицу?

— Я не могу позволить, чтобы ты и Спенсер и дальше принимали за меня решения. И я хочу сказать: то, что я делаю, управляя благотворительным фондом, не менее важно, чем твоя деятельность по зарабатыванию денег. А может, и более важно, если взглянуть на это дело в перспективе.

Эйден молчал, но возражать не стал. Риган была права, и он это знал.

— И еще, — продолжала она. — Я вижу свою миссию в том, чтобы вернуть обществу долг. Знаешь, когда ты можешь реально помочь людям, это создает такое чувство… ты осознаешь, что это и есть миссия, что это важно. Я считаю, именно мои проекты позволяют вам и вашему бизнесу оставаться в рамках человечности.

— Что ж… — Эйден помолчал, потом сказал уверенно: — Я могу убедить Спенсера и Уокера пересмотреть цифры и удвоить бюджет фонда на следующий финансовый год.

— Спасибо, — искренне ответила Риган. — Пожалуй, я тоже сделаю тебе приятное. Я не стану противиться твоему решению по делу Эмерсона.

— Эмили взяла отпуск на недельку. — Он подмигнул. — А когда вернется — начнет искать новую работу.

Риган едва сдержала торжествующий возглас. Вместо этого она кивнула и сдержанно сказала «спасибо».

— Еще что-то хочешь обсудить? — поинтересовался брат.

— Пожалуй, на сегодня все.

Честно сказать, ей ужасно хотелось поплакаться ему насчет Алека, но это невозможно. Да и что рассказывать-то? Всего одна ночь… Еще пять дней — и Бьюкенен вообще уедет из Чикаго. Она никогда его больше не увидит. Все было известно с самого начала, так что жаловаться не приходится…

Пять дней Риган изо всех сил пыталась занять чем-то свою голову и руки. Работы над проектами пока было немного, и они с Генри посвящали большую часть времени разбору дел и реорганизации офиса.

Как и прежде, Алек каждый день являлся на дежурство. Как и прежде, он был мил и дружелюбен, но что-то в их отношениях неуловимо изменилось. Детектив Бьюкенен соблюдал дистанцию. Стал более сдержан, не дразнил ее и не подшучивал.