Когда они проходили с Марией на выход мимо Гали, Гуров услышал, как женщина говорит в трубку:

– До семи вечера надо, Лина, понимаешь? Срочно, иначе не жить нам!

– Да уж, в этом благословенном маленьком поселке творятся нешуточные страсти, – заметила Мария, когда они вышли из кафе «Хуторок». – Надеюсь, нас с тобой они не сильно коснутся.

В последнем ее замечании явственно слышался немой вопрос, и Гуров поспешил успокоить супругу:

– Не волнуйся. Что касается расследования, то я здесь участвую неофициально. Следовательно, напрягать меня никто не имеет права.

Основное расследование ведет Васнецов, ну и Крячко в Москве помогает. Ну, или сержанты по приказу Крячко, – добавил он, посмеиваясь.

– Знаю я твое «неофициально»! – погрозила ему пальцем Мария. – Опять небось собираешься куда-то по делу?

– И в мыслях не было! – заверил ее Гуров, приобнимая за плечи. – Более того, сейчас мы с тобой отправимся на пляж и ни о каких делах думать не будем.

Они и впрямь пришли на пляж и расположились в шезлонгах. Многие жильцы пансионата уже освободились после беседы с полицией и теперь тоже перекочевали сюда, бурно обсуждая произошедшее.

Гуров в душе думал, что после совершения убийства мало кто захочет появиться на пляже, ставшем местом преступления. Однако это обстоятельство, как выяснилось, никого не отпугнуло. Более того, многие специально шли туда, где еще пару часов назад лежало тело Алика, и с любопытством его осматривали.

Тела уже не было, его увезли в морг, а морские волны смыли контур, которым его очертили эксперты. Крови тоже не было. Море скрыло все следы трагедии, разыгравшейся на мирном берегу прошлой ночью.

– Любопытство – главный человеческий порок, – глубокомысленно заметил Гуров, наблюдая за интересом отдыхающих к месту происшествия, и добавил: – После гордыни.

На пляже они пробыли не слишком долго. Мария сама отказалась здесь задерживаться. Немного поплавав, она вышла из моря и сказала:

– Пойдем-ка отсюда. Какой-то нездоровый ажиотаж тут наблюдается. Как будто я попала на сомнительное зрелище типа боя быков или корриды.

Гуров не стал спорить. Он вообще не был поклонником многочасового лежания под солнцем, да и мысли его, как бы он ни скрывал это от самого себя, крутились вокруг убийства.

Поэтому он вслед за Марией пошел с пляжа.

Однако в пансионат Гуров не спешил возвращаться. Когда они вышли на тропинку, он взял жену под руку и мягко потянул ее направо, хотя к пансионату следовало повернуть налево.

– Ты что? – удивленно спросила Мария.

– Машенька, давай-ка прогуляемся вон к той скале, – показал Гуров рукой. – Там очень живописно.

– Ясно! – усмехнулась Мария.