– Мне оно не нужно! Я от него отказываюсь!

– От богатства отказываешься? От денег?

Но ответом был лишь саркастический хохот, Простаков в такое не верил. Смех становился все глуше, по мере того как он удалялся от своей ловушки. И вот стало совсем тихо. Злодей ушел.

Убедившись, что пощады никому из них не дождаться, Фима решила не тратить силы понапрасну. Практически на ощупь она добралась до кровати и села на нее. Свет лампадки неярко мерцал, и Фима огляделась по сторонам. Эта комната больше не казалась ей уютной. Настоящая душегубка!

И как этому типу удалось их заманить в нее!

Ловкач он, а вовсе не простак!

Игорь прошелся по комнате.

Подергал дверь, простучал стены. Всюду они издавали одинаковый глухой звук.

– Бетон. Сплошной бетон. В СССР раствора на стройках не жалели. Эти стены пережили распад страны, они еще и нас переживут!

– Тем более что долго мы тут не протянем.

Игорь подошел к иконе и протянул руку, чтобы погасить лампадку. Но женщины дружно вскинулись:

– Глупые! – рассердился Игорь. – Огонь сжигает кислород. А у нас его и так немного. Окон тут нет. Дверь прилегает плотно. Притока свежего воздуха не будет, мы тут просто задохнемся.

Объяснения звучали разумно, но в женщинах все противилось голосу разума.

– Лучше умереть при свете, чем прожить чуть дольше, но впотьмах!

Игорь пожал плечами и отошел. Спорить он не стал.

– Влипли мы. Как думаете, найдут нас? Аня, твой муж как?

– Вряд ли. Он ведь знает, что за ним могут следить. И не станет пытаться меня отыскать.

– А твой дружок-полицейский?

– Он будет меня искать! И найдет!

– Так-то бы хорошо. Я уж и в тюрьму согласен сесть.

– Ты же говорил, что не убивал.

– Тогда за что тебя в тюрьму?

– Пусть и не за что, а я все равно согласен, – сказал Игорь и тут же пояснил: – Все лучше, чем в могилу.

Да и вообще, если уж говорить совсем начистоту, то убивать я не убивал, конечно, но всякого другого в жизни натворил немало.

– Аню обманывал! Пусть меня Оля где-то заставила, но своим умом тоже должен был думать. Янека тоже мы с Ольгой обманули. И вообще, много людям врал.

– Все равно, убивать за это нельзя.

– Убивать, может, и нельзя, а вот в тюрьму посадить надо.

Игорь предался мукам самобичевания, явно надеясь, что искреннее раскаяние поможет ему выпутаться из беды.

А у Фимы проснулись профессиональные качества сыщицы. Неизвестно, сколько времени они проведут в ловушке, в которую заманил их Простаков, но терять его непозволительно.

И Фима задала тот вопрос, на который никак не могла найти ответ сама:

– Анна Сергеевна, но все-таки, зачем вы отправили Ольгу в спа вместо того, чтобы самой там наслаждаться? Неужели не хотелось?

– Очень хотелось, – жалобно произнесла учительница. – Очень! Поплескаться в водичке.