– Тебя же искать будут!

– Поищут и успокоятся. У них без меня дел много.

– В гробу я видел твою школу. Утром чайку горячего принеси!

…Когда я вернулся, родители уже укладывались спать.

– Ты чего так долго? – удивилась маман.

– Говорю, живот схватило…

– А тебя предупреждали: жуй! Глотаешь, как удав. Вот горе-то…

Я вынул из дивана спальные принадлежности, расстелил, незаметно взял из стола фонарик, чтобы под одеялом изучить книжку про Сезанна, однако Тимофеич был начеку:

– А вот это дудки! Опять проспишь в школу!

– Да, сынок, завтра мне надо на Шелепиху.

Не знаю даже, как встану…

– Я тебя разбужу, – с игривой угрозой обещает отец.

– Ой! – воскликнула Лида.

– Пузу контрольную забыла написать!

– Завтра наваляешь! Нашли выдвиженца на свою голову! Еще наплачетесь! – рявкнул отец.

Речь шла о Пете Компанюке, молодом дураковатом водителе автокара – посмешище всего завода. Петя имел два равноправных прозвища – Пузо и Просыдура. Однажды его как старательного и, главное, непьющего работягу отправили по бесплатной профкомовской путевке в зимний санаторий. Оттуда парень слал благодарственные письма в дирекцию и партком, обстоятельно сообщая, что кормят тут «от пуза», а еще прописали ему много полезных «просыдур».

Послания ходили по рукам, и коллектив ухохатывался. Какому-то остряку пришло в голову двинуть малограмотного симпатягу по разнарядке на заочное отделение пищевого вуза. Двинули, а потом за голову схватились: учился-мучился вместо Пуза в итоге весь инженерно-технический корпус завода. Лиде, как парторгу, доставалось больше других. Это страшно злило отца, ведь до той поры он был единственным мужчиной, за которого маман писала контрольные. Тимофеичу пришлось поступить в техникум, чтобы догнать дипломированную жену.

– А тебе отдельное приглашение требуется? – рявкнул на меня отец.

Пришлось подчиниться. Обычно предки спокойно относятся к тому, что я допоздна читаю под одеялом, но иногда начинают нервничать, браниться, мол, я безответственно порчу смолоду свое зрение, отнимают у меня книжку и фонарик. Но моя дальнозоркость тут ни при чем, а психуют родители совсем по другой, хорошо известной причине, хотя они почему-то уверены, будто подростки не ведают, откуда берутся дети.

Чукчи!

Некоторое время я лежал, накрывшись с головой, перебирая в памяти минувший день, все случившееся казалось нелепой и злой фантазией. Я иногда от скуки придумываю разные страшные истории. Но такое мне даже в голову не приходило! Теперь самое главное, чтобы Серый и Корень про меня ничего не сказали Антонову… Иначе…

– Сынок, как ты сказал новый фильм называется? – участливо спросила Лида.

Это проверка. В ответ – молчание. Зачем мучить предков? Им завтра на работу.