- Я бы могла попробовать сама...

Говорю лишь из вредности, потому что прекрасно понимаю, что если у меня с горем пополам хватило сил, чтобы минуту простоять в ванной и не упасть, то далеко не факт, что я смогу сделать хоть шаг.

- Самодеятельностью будешь заниматься потом, - Ричард только сильнее прижимает меня к себе, а в ноздри ударяет его запах, от которого тут же голова идет кругом.

Меня укладывают в постель и накрывают теплым одеялом. Я хочу что-то еще сказать Барнсу, который сидит на кровати и внимательно сканирует меня взглядом, но сил совершенно нет. Я никак не могу себя заставить прийти в себя. Усталость берет верх, и мои глаза закрываются.

Просыпаюсь я от того, что чьи-то губы касаются моего лба и как будто обжигают кожу.

- Она вся горит, где чертов врач?! - Голос Ричарда звучит зло и раздраженно, а я не могу понять в чем дело. Почему он так злится.

- Доктор уже должен быть с минуты на минуту, - этот голос принадлежит домомучительнице и я тут же кривлюсь.

Открыть глаза оказывается тем еще испытанием, веки как будто налились свинцом, но у меня все же получается это сделать. Во рту ужасно пересохло и я хочу пить.

- Ричард, - голос охрипший и я практически шепчу его имя.

Мужчина тут же разворачивается ко мне и по его взгляду я вижу, что он весь взвинченный. Что-то не так, но я до сих не понимаю, что именно. Голова гудит, чувствую я себя мягко скажем хреново.

Он тут же подходит ближе, садится на кровать и прикладывает ко лбу руку, от прохлады его ладони тут же становится лучше.

Разлепляю губы и прошу воды.

- Держи, - Барнс помогает мне немного привстать, и я тут же кривлюсь от того, как сильно болит голова, кажется, еще немного и она просто взорвется. Делаю несколько глотков воды и снова ложусь ан подушку.

- Что случилось? Ты выглядишь так, будто сейчас кого-то убьешь.

- Убью, если доктор не приедет в течение десяти минут, то я точно его убью.

- Эмма, у тебя жар, тебе срочно нужно сбить температуру, - только сейчас я понимаю, о чем он говорил в самом начале, почему мне так плохо и ломает все кости.

- В доме есть жаропонижающее? - перевожу взгляд на домомучительницу, которая все это время стояла за спиной Барнса и всем своим видом показывала, как ей не нравится меня лицезреть.

- Вы уже выпили жаропонижающее, но это никак не помогло.

Выпила? Почему я этого не помню?

- У тебя очень высокая температура, Эмма, таблетки не помогают, именно поэтому сюда едет врач.

Я лишь киваю в ответ и снова закрываю глаза. Сил у меня по-прежнему мало.

И перед тем, как снова отрубиться, я чувствую, как пальцы Барнса сильно сжимают мою руку, от этого прикосновения на теле тут же появляются мурашки.

- Все будет хорошо, моя девочка, - он шепчет мне это на ухо. Наверное, он думает, что я опять уснула, потому что эти слова еле слышны.