Вместо этого я ему подыграла:

— А приколоть сыночка булавочкой к подолу юбки она не хотела?!

— отступать было уже некуда. — А что? Там тепло, уютно, и любимая дитятка делает только то, что велит матушка. Идеально!

Капитан на это только презрительно фыркнул.

— Может, их довезти до города? — послышался голос одного из полицейских.

— У них ролевые игры, пусть сами добираются, — не прощаясь, Риарио сел в машину и покинул берег.

Солнце клонилось к закату, красное небо отражалось в воде, создавая завораживающую удивительную картину.

Мы с Азаром устало присели на мягкую траву, наблюдая за тем, как огненный шар скрывается за широкой полоской леса. Азар обнял меня и прижал к себе. Вечерний ветер начинал приносить прохладу, а мокрая блузка не слишком спасала.

— Это все-таки была ловушка, — грустно констатировала я.

— Но мы в нее не попали, — Азар еще крепче обнял меня. — Благодаря тебе. Подумать только, что могло бы быть… Даниила, я подумал… Если хочешь, мы можем уехать. У меня есть деньги, связи… Возможно, на севере тебе будет лучше. Нам будет лучше.

— Но… — это было простым и логичным решением. Но я никогда не искала легких путей. — Мы ведь нужны здесь.

— Мы? — короткий смешок.

— Ну ты ведь не думаешь, что теперь я останусь в стороне от всего, что вы делаете? Знаешь, раньше я думала, что живу в каком-то перевернутом мире, где окружающие не понимают элементарных вещей. А сегодня в Академии вдруг осознала, что я не одна такая. Что многих эта система не устраивает.

— Это ничего не меняет. Но дает надежду. А пока есть надежда, я хочу остаться здесь, с тобой, и помогать тем, кому можно помочь.

— Если станет слишком опасно, то уедем, — непререкаемо заявил Азар и поцеловал меня в нос. — Ты принимаешь таблетки, которые выписывала тебе Эмма?

— Доктор Асприна? — я нахмурилась, не понимая, о чем он. — Когда ты пропал, я перестала…

И только тут до меня наконец дошло.

— Я что… могу быть беременна?!

Азар замер на мгновение, переваривая полученную информацию. А я ужаснулась перспективам. Он ведь не хотел детей! Да и вообще все, чем он занимается, не располагает к тому, чтобы приводить в этот мир еще одного человека.

«Неужели придется… избавляться?» — собственные мысли казались кощунственными.

Но лицо оборотня посветлело, губы дрогнули в улыбке.

— Если это так, то я буду самым счастливым в мире отцом.

— А говорил, что не любишь пафос.

Сердце радостно забилось, и я теснее прижалась к нему.

— Ты так хорошо запомнила, что я люблю, а что нет.

— Идеальная невеста. С дипломом, — с преувеличенной серьезностью кивнула я, и мы оба счастливо рассмеялись.

Третий день рождения дочери отмечали с размахом.

«Любимый» дядюшка Альберт, всячески пытающийся улучшить с нами отношения, настоял, чтобы мы проводили праздник в родовом гнезде.