Пока не потеряла голову, не влюбилась в отца…

Ну, вот вам и ответ. Корыстная родительница свои невоплощенные амбиции перенесла на «любимую» дочь. Не удивлюсь, если Женя вообще не хотела заниматься фигурным катанием.

— Вы с ним не общаетесь?

— Нет. У него есть другая семья. Все, чего я достойна, это скупые сообщения с поздравлением на день рождения. Иногда думаю, лучше бы он вообще ничего не писал. А то из-за его пары строк я теперь лютой ненавистью не люблю свой день.

Слова словно сами льются, выдавая признание за признанием. Вот как бывает: смотришь на человека, на красивую обложку и даже не думаешь, а что там внутри? Вот так по-скотски я повел себя с ней.

Красивую внешность принял за доступность. Теперь стыдно за самого себя. Она точно не похожа на всех тех пустышек, с которыми я связывался раньше. Другая. Ни одна из них по факту и в подметки не годится.

— Ладно. Времени уже много… можно, я душ… займу?

— Да, конечно. Сейчас дам чистое полотенце. Женских гелей и шампуней, сама понимаешь, не имею… придется сегодня моими…

Черт. Главное закрыться в комнате до того, как она выйдет. А то, если я еще учую аромат любимого геля от нее… боюсь представить, какую глупость могу совершить.

Что бы придумать, чтобы удержать гостью у себя как можно дольше?

Пока Женя убирает остатки ужина по контейнерам, нахожу в стопке чистого белья полотенце и отдаю ей.

— Завтра тебе когда на тренировку?

— К двенадцати. Вот только форма, коньки — все осталось дома.

— А мать не работает?

— Скорее всего, уйдет по своим делам. Не переживай, я сильно не задержусь у тебя. Заеду за вещами и потом…

— Да я не поэтому спрашиваю, Жень.

Перебиваю ее поток слов, которые она еще умудряется извиняющимся тоном выдать.

Как она вообще могла подумать, что я ее спросил, потому что хочу выгнать? Хотя сам виноват, Дёмин.

— Спросил, потому что завтра тоже в ледовый еду. Мне к часу, но я отвезу тебя. Заедем за вещами.

— Жень, — окликаю девушку, чувствуя острую необходимость закончить начатую тему.

Она оборачивается, уже одной ногой переступив порог ванной комнаты.

— Мой дом всегда к твоим услугам. Если завтра вопрос не решишь с Метлицким… ну… — пожимаю плечами и улыбаюсь, как мне кажется, очень даже мило и по-доброму. — В общем, можешь оставаться у меня, сколько угодно.

Девушка с минуту молчит. На лице проносится целый калейдоскоп эмоций, когда она наконец-то кивает:

— Спасибо, Кирилл. Большое спасибо.

И закрывает за собой дверь.

Сон ночью тревожный. Толком забыться так и не получается. Ворочаюсь в кровати почти до семи утра и в итоге сдаюсь. Плетусь в душ, а потом «снаряжаю» Джека на прогулку. Проходя мимо закрытой спальни, в которой остановилась гостья, давлю в себе желание заглянуть. Руки чешутся нещадно нажать на ручку двери, но нельзя.