Дети, устав от дальней дороги, уснули прямо на мягких лавочках, и Джеспару пришлось набросить на них легкие магические путы, удерживающие их на местах, потому что они норовили свалиться вниз на каждой кочке или повороте.

В дом он нес их на руках. По одному ребенку на каждую руку. Наверное, со стороны это выглядело очень странно, но Джеспар не чувствовал ни капли неловкости. Словно уже свыкся с мыслью, что эти дети – его семья.

За полдня, прошедшие с того момента, когда он отдал приказ подготовить дом, слуги успели не только привести все в привычный ему порядок, но и подготовить две комнаты для детей. Правда, зачем-то завалили обе комнаты плюшевыми игрушками и подвесили над кроватями нелепые балдахины с бантами. Хотя Логан, может, и оценит. А вот Лили… Девочка была слишком серьезна для своих лет. Но учитывая, что ей пришлось пережить…

Джеспар вздохнул и поправил на Лили одеяло. Закрыл за собой дверь и заглянул в комнату Логана, чтобы проверить, крепко ли тот спит. Эвелин напоследок крикнула, что он не может заснуть без сказки, но сейчас у Джеспара не было настроения для добрых сказок. А поручать это дело слугам он не хотел.

Убедившись, что дети спят, Джеспар прошел в малую гостиную, упал на софу и с наслаждением вытянул ноги. Забросив руки за голову, он долго смотрел в потолок, пытаясь решить, что же делать с Эвелин. Но ответ все не приходил. Единственное, в чем Джеспар Мортон был уверен, – он не станет отправлять свою супругу под стражу. Он сам решит эту проблему.

– И что теперь делать? – Я посмотрела на Кексика, который осторожно трогал лапой снег, но не решался выходить. – Нас же так заметет по самую крышу.

Кот поймал снежинку языком, чихнул раз, другой, третий и вернулся в прихожую. Снег шел уже третий день и, кажется, не собирался останавливаться. На крыльцо уже намело сугроб. Еще немного и дверь перестанет нормально открываться, а мне совсем не хотелось застрять в доме до весны. От Джеспара не было никаких вестей, а я сама так и не смогла отправить ему письмо.

Даже когда Кексик повел меня прямиком к его кабинету, дотянулся до дверной ручки и каким-то чудом легко открыл дверь, я не стала заходить. Постояла на пороге, вспоминая поцелуй, который произошел прямо в кабинете, и закрыла дверь обратно. Мне было страшно. Вернется ли Джеспар или так и оставит меня здесь, пока не кончатся запасы продуктов? На одних тыквах я, конечно, смогла бы долго протянуть, но без дров в доме станет слишком холодно. А ведь поленница была пуста уже на две трети. Еще пару недель я продержусь. Месяц, если буду экономить дрова и вернусь жить на первый этаж. Но потом все.

Вчера я смогла соединить все свои мысли в единое целое и изложить их на бумаге. Письмо получилось длинным, но честным. Я написала всю правду о себе.