Удержала его только мысль, что автомобилю-то по барабану, а ноге — больно. Кто кого наказывает, спрашивается?

В итоге Павел Константинович снова опоздал. То есть, задержался. Так и влетел на этаж, как Буденный в ряды белогвардейцев: в черном кожаном пальто с разлетающимися полами, запугивая одним своим решительным видом. Без кофе. На кофе времени не было. Оттого настроение стало еще хуже.

Дарья Несветаева стояла в коридоре, под его дверью, как сиротка у приюта. Худенькая, хрупкая, как щепочка, в жилете, водолазке, юбке выше колен, со своей вечной курткой, висящей через руки, сцепленные спереди в замок.

Увидев Полякова она расцвела, будто не заметила его настроения:

— Здравствуйте, Павел Константинович. — Она отлипла от стены и выпрямилась. — Я вот… пришла.

— Здравствуйте, Дарья Владиславовна, — притормозил Поляков. — Хорошо, что пришли.

— Так вы меня… берете? — спросила она неуверенно и немного растерянно. — Я не совсем поняла из разговора с Еленой Викторовной.

Внутри Паши всё оборвалось от желания защитить Дашу от жестокого мира в лице Рыжей.

— Конечно, берем, — внушительно заявил он, чтобы по его тону было понятно, что он примет меры.

— Спасибо, — она смущенно опустила взгляд, прикусывая губу и медленно выпуская ее из-под ряда белоснежных зубов, словно раздумывая, выпустить или еще подержать.

Пашкино недовольство жизнью превысило предельно допустимую концентрацию. Всё, всё сегодня против него!

— Идите уже работать! — недовольно буркнул Кощей.

Отличный вопрос. Очень своевременный.

Дело в том, что у Пашки не было приемной. Логично же? Если нет секретарши, то зачем приемная? Только лишняя арендная площадь.

А Пашкина жаба согласилась на ставку помощника (втайне надеясь сэкономить на девушках для помощи по другим витальным вопросам), но не на дополнительную аренду.

— Заходите, — он открыл ключом свой кабинет, довольно просторный. — Пока устраивайтесь здесь.

Он подошел к шкафу, где обычно раздевался, повесил пальто и протянул руку за курткой.

— А обычно я где буду раздеваться? — уточнила она, протягивая верхнюю одежду.

— Здесь, — коротко и по сути ответил Паша. — И сидеть вы будете здесь.

Вон там, — он показал в угол возле двери.

— Но… разве я не буду вам мешать? — удивилась Несветаева.

— Пока здесь, дальше будет видно, — подумав, поправился Кошей. — У меня раньше не было секретаря, — признался он. — Но работы стало слишком много, решил взять отдельного человека. Пока не все вопросы утряслись.

Если честно, вообще еще никто ничего не тряс. Паша был уверен, что и кадровичка с юристом за контракт даже не брались.

— Стол сейчас организуем и технику, — сообщил он.