К немалой радости Сергея, которому не хотелось быть опознанным как Серж фон Мюндшенк.

Не присоединились также католические владыки, поскольку в Руане имелся свой собственный архиепископ, коему и предстояло провести обряд. Нет, не свадебный. Вассальный. Король Карл Третий желал убедиться, что новоявленный глава северного региона будет лично его вассалом, а не, скажем, герцога Бургундского или своего крестного графа Парижского.

Церемония обещала быть внушительной. Народу собралось изрядно. Всю площадь запрудили. И скандинавов в этой толпе было не так уж мало. Причем как местных, так и пришлых, рассчитывавших урвать что-нибудь сочное, когда север Франции отойдет к их соплеменнику.

Забегая вперед, надо отметить: мелкие хищники обломились. Хрольв Пешеход, став герцогом, точнее принцепсом Роллоном (герцогский титул он получит позже), отнесся к своим обширным новым владениям рачительно. То есть раздавал их только своим, чужих же напутствовал ободряющим пинком безразмерного великанского сапога.

Сергей на церемонии удостоился места почетнейшего: не только внутри собора, но и в первом ряду сподвижников Пешехода. И это было хорошо, потому что из второго ряда он в силу относительно небольшого роста мало что увидел бы.

Также у Сергея появилась сомнительная возможность заслушать наставления, получаемые будущим герцогом будущей Нормандии. Их дуэтом загружали в сознание Пешехода по-фазаньи разодетый церемониймейстер и не менее пафосный архиепископ Руанский.

Оба пели в уши конунга (вернее, куда-то в подмышки, поскольку до ушей не доросли) о христианском смирении, почтении к королю Карлу и уважении к цивилизационным ценностям. А именно: почитать церковь и короля, укрощать ярость, жить в мире, помогать ближним и прочее, прочее, под чем вряд ли подписался бы не только Хрольв, но и сам король Карл, которому был нужен здесь, на севере, не кроткий и незлобивый властитель, а свирепое и безжалостное чудовище, способное раз и навсегда перекрыть доступ во Францию таким же чудовищам рангом помельче.

— Не разоряй людей и земли, и замки христианские, ведь будет у тебя самого немало и земель, и замков крепких. Всего у тебя будет довольно, когда свершишь ты оммаж[1] и получишь во владение земли от реки Андель и до моря со всеми его полями, лесами, городами, селениями и прочими угодьями… — хорошо поставленным басом наставлял Хрольва архиепископ.

— … А также надлежит тебе, с почтением приблизившись к помазанной королевской особе, склонить колено и в знак вассальной верности поцеловать королевскую туфлю… — пел во второе ухо церемониймейстер.

— Что сделать? — будущий герцог Роллон, до сего момента пропускавший увещевания и наставления обоих, удивленно посмотрел на церемониймейстера.