Хотя нет, представляю, эти два часа поисков дали мне понять то, как сильно я к ней привязан. Я перевернул всех, пока жена Кирюхи не обмолвилась, что видела Ярославу в администрации. Хорошо что и там есть знакомые, готовые помочь. Подсказали, нашёл.

Густая пена стекала в поддон душевой, я закончил свою вечернюю процедуру. Растерев тело махровым полотенцем, накинул на плечи халат и вышел из ванной. Так хочется её пожалеть, сказать, что всё хорошо, не нужно ни о чём переживать, но это не поможет.

Я вошёл в спальню, а Слава сидела на кровати, закрыв лицо руками.

— Я договорился с водителем, завтра и в последующие дни он полностью в твоём распоряжении, можешь ехать куда нужно. Деньги на мелкие расходы у тебя есть, если нужна будет помощь другого формата, обращайся.

Я старался говорить мягко, видя, что ей очень не сладко от моих жёстких рамок, но другого выхода из этой ситуации я не видел.

— Приставляешь ко мне охрану, чтобы я не сбежала, — с вызовом спросила она.

Заплаканные глаза и припухшие от слёз губы вызывали во мне жаркое желание. Какая же она у меня красивая. Я подошёл ближе и присел перед ней на корточки. Какой я мерзкий, заставляю её расстраиваться на пустом месте.

— Ярослава, ты остаёшься? — смотрел я на неё снизу вверх.

— Почему ты такой? — вместо ответа произнесла она наполненным болью голосом.

— Какой? — уточнил у неё я и погладил большим пальцем её манящие губы.

— Бесчувственный и жестокий, — она не попыталась вскочить и убежать, что меня успокоило, значит, решила остаться.

— Я не бесчувственный, я тебя очень люблю, — сказал я чистую правду и упёрся головой в её живот, обхватив руками за талию.

— Так сильно любишь, что гуляешь по чужим бабам, — эти слова она будто выплюнула мне в лицо.

— А если я тебе скажу, что всё увиденное тобой неправда, что эта баба никакая не шалава, как ты её себе представляешь, и что я с ней не спал, ты мне поверишь? — это была провальная идея, я знал, но попытаться стоило.

— Отпусти меня, мне противно, когда ты меня трогаешь, — попыталась она меня оттолкнуть, но я лишь сильнее сжал свои руки.

Минута тишины, и я насильно заставил себя отклеиться от самого любимого человека на свете.

— Слав, не всегда то, что мы видим, бывает таким, каким кажется. Я сейчас не буду тебя ни в чём переубеждать, знаю, что это с тобой не прокатит. Но позднее ты сама всё поймёшь, а сейчас желаю тебе спокойной ночи, я пойду спать в кабинет, спальню оставляю тебе. Пока.

Вот сейчас я был точно на пределе. Желание зажать в объятиях и не отпускать было очень большим, закрыв за собой дверь кабинета, я со злостью на себя с грохотом перевернул стул, стоящий возле двери, пнул его ещё несколько раз и лёг на диван.