Швыряет кожаную папку на стол, ослабляет галстук и выгоняет меня прочь, будто паршивого пса:

— Молодой человек, оставьте нас. Мне нужно поговорить с дочерью.

Прошла неделя с тех пор, как я почти получил номер телефона дочери владельца «Земли». И если бы не ее папочка, возможно, сейчас я бы уже уговаривал красотку представить меня Потапенко-старшему по-человечески. В кафе с родителем девушки знакомиться было слишком рано, поэтому я выполнил просьбу отца Людочки и ретировался, скрывшись из виду. Единственно верное решение в тот момент.

Разгребая накопившиеся дела, я занимаюсь подготовкой рекламных акций нашего издания и заодно просматриваю статью Алекса. Зеваю, сидя в своем кабинете, удобно расположившись в огромном кожаном кресле. Чувствую на себе внимательный взгляд друга. Он принес мне свое готовое «творение», которое я уже дважды заворачивал, предлагая переделать. Собираюсь это сделать еще раз. Ибо то, что написал Алекс в печать пускать нельзя.

— Уже получил заветный билет в мир богатства и роскоши? — ухмыляется друг, поправляя бессменную кепку на голове.

Ему доставляет удовольствие откровенно издеваться надо мной. Он догадывается, что пока что ничего не вышло, иначе я бы обязательно похвастался, рассказав ему все в тончайших, грязных подробностях.

Отрываюсь от чтения. Перевожу ленивый взгляд на друга, развалившегося на стуле напротив меня. Рассматриваю красную мастерку с плохо читаемой символикой. От яркости красок ткани рябит в глазах. Сам я спортивный стиль не люблю, предпочитая классику.

— Алекс, это никуда не годится, — спокойно выношу вердикт и кладу лист бумаги на стол, разворачивая к нему.

— Это уже третий вариант, Костя! — вскрикивает мой друг, топчется на месте, потом снова садится.

Какой-то он сегодня дерганный. Сам я голос никогда не повышаю, считаю это ниже своего достоинства.

Алекс хмурится, задумавшись, немного успокаивается и, облокотившись на свои колени, переплетает пальцы рук.

— Статья сырая, слепленная на фейках из интернета.

— А что сейчас новости не так делаются? Главное быстрее всех написать, а опровержение мы потом чуть что слепим.

— А потому чуть что будем судиться за клевету и вмешательство в личную жизнь? — недовольно качаю головой. — Это тебя в твоём Светлогорске так научили? Мы должны давать проверенную информацию.

— Так я ж ее, эту самую информацию, на трех мамочкиных форумах проверил, — скалится. — Дыма без огня не бывает. Эти двое, — тычет он в фотографии героев статьи, — любовники. Зуб даю.

Запускаю руку в волосы, убираю их с лица и, почесав нос, рву распечатку, что подал мне Алекс.

— Мне твой зуб не нужен. Переделай. А насчёт Людочки, — загадочно улыбаюсь, приподнимая правую бровь.

Беру пустой стакан и опускаю туда самый большой и толстый маркер.