Мотор вообще биться перестал. Кирдык котенку!

– Все сказал? – усмехнулась я. – Теперь коротко объясни, что случилось с Кристиной. Она поругалась и подралась с горничной Варварой, которая разбила куклу Розанну. Кулаками Конкина махала, как очень даже здоровая. Сильно понервничала. Лариса пшикнула ей в рот гомеопатический спрей. Управляющая ушла. Она не выглядела больной. Злая донельзя, расстроенная, это да.

– Она приняла три таблетки «Брумофабила» и столько же «Фисорокола», – мрачно пояснил Илья, – пилюли крохотные, меньше спичечной головки. Больные иногда доктору говорят: «Может, лучше пару сразу выпить? Уж очень маленькие». Нет, не лучше. Хуже! Сердечные лекарства не такого размера, как растворимый аспирин. Ну и конец.

У меня зазвонил телефон, я взяла трубку.

– Слушаю, Лариса Николаевна. Вы уверены? Большое спасибо.

– Что она сказала? – тут же спросил Димон.

– В библиотеке Владимира, которую он привез в дом Гореловых после женитьбы на их дочери, не хватает букинистического издания «Доброведьмие», – сообщила я.

– Ну и название, – покачал головой Федор, – язык заплетается.

– Лариса уточнила, что муж очень бережет библиотеку, она ему досталась от отца. Владимир составил каталог с указанием полки и места, где находится тот или иной том. Он никому никогда ничего из коллекции не дает. Собрание занимает отдельную комнату, туда никто, кроме Сиракузова, обычно не заходит. Да и зачем? В доме нет тех, кто интересуется эзотерикой. Лариса отправилась туда, сразу увидела свободную нишу в одном шкафу, проверила по каталогу и выяснила, что именно отсутствует.

– Тань, похоже, договор с дьяволом составил кто-то из членов семьи, – предположил Димон.

– Или прислуга, которая тоже могла войти в библиотеку, – добавила я. – Надо всех тщательно проверить. Интересно, кто помещение убирает?

Через неделю после нашего совещания Аглая Борисовна и Лариса приехали в офис и сидели в переговорной.

– У вас уютно, – сказала Лара.

Ее мать решила не соблюдать правил светской беседы и сразу перешла к делу.

– Зачем нас вызвали?

– Владимир Петрович еще не пришел в себя? – поинтересовалась я.

– Нет, – сказала Лариса, – у него стабильно тяжелое состояние.

– У нас появилась информация для господина Сиракузова, – продолжал Михаил Юрьевич, – но поскольку клиент не может ее воспринять, мы решили доложить о результатах нашей работы его семье.

Я сидела в напряжении. Надеюсь, ни Аглая, ни ее дочь не воскликнут: «Нет, спасибо. Скажете Владимиру, когда он очнется. Разве вы имеете право сообщать другим людям конфиденциальные сведения?» Но обе женщины промолчали, и я начала:

– Лариса, вы сказали, что познакомились с Владимиром в метро, но это неправда.

Дочь олигарха рассмеялась:

– Плохо жить без чувства юмора.