Щёлкнули самострелы. Тяжелые чёрные болты увязли в ростовых павезах, не на неся врагу особого вреда. Вниз упали лишь несколько тел. Свистнули ответные стрелы. Дирк пошатнулся и начал заваливаться назад. Из его пробитой насквозь глазницы торчало короткое древко. Мать вашу. Да я тут весь отряд потеряю!

Первый враг спрыгнул на парапет. Спрыгнул, только для того, чтобы встретиться лицом с клевцом Дельрина. Но за ним тут же последовал второй. А за ним третий. Началась свалка. Люди толкались, рубили, кололи, скользили на мокром от крови камне и падали, кто вниз, кто прямо здесь. Над головой свистели стрелы, а прямо перед лицом мелькали красные волчьи морды на чёрном поле.

Я размахнулся. Попытался ударить. Но клюв моего оружия впился лишь в дерево щита, намертво застряв там. Ответный удар клинком пришёлся под дых. Кольчуга выдержала, но воздух выбило из лёгких, а перед глазами заплясали цветные пятна. Руки разжались, и клевец остался в самой гуще схватки. Я сделал шаг назад. Ещё один. Рванул из-за пояса меч.

— Генри, — крикнул мне Дельрин, — Нам нужно…

Договорить он не успел. Один из вражеских бойцов топором ударил рыцаря под дых. Тот рефлекторно согнулся пополам, выронив оружие. Кто-то ударил его мечом по шее. Брызнула кровь. Другой боец волков рванулся вперёд, выставив перед собой щит, и буквально спихнул бедолагу со стены. Послышался глухой тяжелый удар бездыханного тела о каменную мостовую.

Наш строй прорвался. Волки разбили его на две части и начали теснить в разные стороны, захватывая всё большую площадь стены. Со мной осталось лишь пятеро. Двое моих новобранцев, Тур и двое из числа защитников крепости. Большая часть отряда оказалась зажата между полуразрушеным дымящимся бастионом и двумя десятками врагов забравшихся на парапет. Зараза. Надо выиграть им время. Дать отступить!

Я прикрыл глаза и на мгновение замер, представляя, как между ладоней набухает ярко-оранжевый клубок. Как вспыхивает на нитях пламя. Как он срывается в полёт, врубаясь прямо во вражеский строй и раскидывая солдат в стороны.

Послышались отчаянные крики. На мостовую упали ещё несколько тел. Один горящий бандит заметался, перевалился через зубцы и рухнул по ту сторону стены. Оставшиеся на несколько мгновений замерли, прикрывшись щитами. Но по осадной башне на стены уже карабкался новый отряд нападающих.

— Отходим! Живо! — заорал я, поворачиваясь и срываясь на бег. Рядом тут же запыхтел Тур. Один из новобранцев замешкался. Хотел было повернуться, но чёрный росчерк арбалетной стрелы, вонзившейся в незащищённое горло, не дал ему этого сделать. Мужик захрипел, судорожно вцепившись в древко своего клевца. На его губах проступили кровавые пузыри.