– Марк, нет. Дашь свою футболку?

– У меня есть выбор?

Он притянул Олесю к себе и поцеловал в лоб, а она зажмурилась от удовольствия.

Так не бывает…Не бывает.

Она с трудом верила в происходящее. В оглушающее и одновременно тихое счастье, что наполнило её изнутри. Она боялась его спугнуть, боялась принять, подумать лишнее. Пусть будет, как будет.

Пусть будут руки Марка, его дыхание рядом, его красивое крепкое тело.

– Завтра устрою тебе допрос, – вот сейчас его дыхание как раз коснулось её шеи, вызвав легкий поток невидимых мурашек. Рука властно обвила талию Леси и потянула назад, к нему.

Леся крепко-крепко зажмурила глаза и не смогла сдержать улыбки.

– Думаешь, у тебя получится?

– Ты во мне ещё сомневаешься?

Рука переместилась ниже, к трусикам.

Олеся интуитивно поджала бедра, Марк сразу же остановил движение.

– Меня слишком много?

– Да. Давай хотя бы до утра.

У них был секс в душевой, Марк не кончил, довел Лесю до оргазма, а своё уже дополучил на кровати перед сном.

Поэтому у Олеси немного саднило между ног и тянуло. Она отвыкла от активной половой жизни. Но призналась сама себе: если бы он продолжил настаивать, она уступила бы.

– Хорошо. Но я твои слова зафиксировал. Эх, надо было на диктофон записать.

– Чтобы не отмазалась?

– Угу.

Марк уснул первым. Она, несмотря на усталость и неприятную тяжесть во всем теле, долго лежала с открытыми глазами. Ей хотелось запомнить ощущения.

Первая ночь с любимым мужчиной.

Вот как оно должно быть.

У каждой девочки.

Тонуть в эмоциях, в наслаждении. Больше моральном даже, хотя и физическое выше всяких похвал.

Оказывается, секс – это грязно, пошло, сладко. Это когда неудержимо тянет друг к другу, и ты сама опускаешься на колени, чтобы приласкать.

Целуют.

Много-много раз.

Везде.

Олеся закрыла глаза и улыбнулась. Она поймала себя на том, что постоянно улыбается. Губы сами растягиваются.

Рука Марка потяжелела, но девушка не спешила её убирать. И не уберет до самого утра. Она накрыла её своей.

Как же хорошо.

Действуя максимально осторожно, переплела их пальцы.

Теперь идеально.

Можно и уснуть.

Просыпалась Олеся сложно. И то от того, что её звал Марк.

– Олеся! Олеся… Эй, девочка, давай, открывай свои красивые глазки…

Девушка вынырнула из пучины сновидений и, щурясь, попыталась открыть глаза.

– Ну же, Олеся… Не пугай меня.

Голос Марка доносился сквозь пелену.

Что такое…

И головой пошевелить нельзя – сразу в затылке отзывалось болью. Во рту тоже ощущалась неприятная сухость.

Олеся всё же открыла глаза и увидела нависшего над ней Марка.

– Я кричала, да? – язык плохо слушался, но ей удалось спросить.

Марк нахмурился, пытливо всматриваясь в её лицо.