Чтобы бросили все и мчались сюда. Даже не к дому Старика, а где-то здесь, у гаражей… У дома Старика опасно, дорожка по пустырю всего одна – не дай бог запрут. Я-то на «козленке» могу и напролом, а вот у Виктора под домом наверняка стоит не внедорожник, а городская каталка. Пижон чертов!

Пусть здесь ждут. А я подвезу к ним Старика, и там уж решим, что будем делать – Старик быстро сообразит, что надо делать. Главное собраться. Тогда мы хоть что-то сможем сделать.

Я закусил губу. Вспомнил.

Справа вынырнул съезд с дороги, но руки замерли на руле. Я не повернул, лишь притормозил.

Эта девчонка на мотоцикле…

Память словно вычеркнула ее слова. Отторгала ее саму.

Выкидывала ее прочь, потому что в моей голове не было полочки, куда ее можно положить. Люди делятся на три вида: наша стайка, охотящаяся на сук; суки и их слуги; и все остальные, кто об этом ничего не знает, живет равнодушными овечками, нагуливая жирок… жирок и детей, которые иногда пропадают.

А кто она? Откуда взялась? И откуда, черт бы ее побрал, она знает про суку и про нас?!

Я помню, где видел ее впервые: в кафе, при въезде в тот городок с больницей. Рядом с возней чертовых сук вокруг морга.

Она следила за нами? Но она явно не сучья слуга… У чертовых сук слуги – мужчины… Хотя те две молодые жабы, они же тоже со следами… Может быть, это только у наших, у провинциальных чертовых сук в слугах мужчины, а у тех и женщины-слуги водятся…

Нет, нет! Если бы она хотела меня убить, она бы меня убила – хлоп в спину, и привет. А если нужен живым, то в ногу. И делай, что хочешь. Нет, она приехала не с чертовой сукой. Но тогда…

Да откуда ей знать, что ко всем нашим – поздно?!

Но она следила за нами у морга, и даже Гош не заметил ее… И теперь она была у Гоша раньше меня…

Но оставить Старика, даже не попытавшись его вытащить?!

А если они уже там?..

У морга были сразу три жабы. Может быть, и паучиха теперь не одна?..

Если они тут, они уже знают, что дорога к дому через пустырь единственная. И они готовы встретить и спеленать любого, кто сунется к дому.

К черту эту гребануго Кассандру!

Я тронул машину вперед, разворачиваться тут надо потихоньку, съезд не прямой, а делает восьмерку, вписываясь в начинающиеся пригорки…

И тут же заметил машину. Она стояла с выключенными фарами, без габариток, без всего – темная машина. Но отблески моих фар высветили обводы черного «мерина» и два молочных пятна за лобовым стеклом.

Я дернул руль и вжал газ, выбираясь обратно на дорогу.

Сердце билось у самого горла. Поверят они, что я и не собирался съезжать, а притормозил лишь для того, чтобы проверить, не вылетит ли какой-нибудь придурок мне в лоб?..

Мне показалось, что позади стало светлее – зажглись фары «мерина»? Выбираются на дорогу вслед за мной?

Я стиснул зубы и вжал педаль газа, разгоняясь.