– Ты мне потом тоже кое-чего скажешь, предчувствователь наш рыжий… На, вот этого зеленого лимончика положи, с ним вкуснее. Ну, так чего ты узнать-то хотел?

– Та вторая, которая увезла мальчишку…

– Жаба, – сказал Старик.

– Да. Хорошо, что жаба. Если бы еще одна паучиха… Мы чуть не попались, когда приехала эта вторая чертова сука. Они часто проводят ритуалы вместе?

– Вместе… Для начала понять бы, как часто они вообще проводят эти ритуалы!

Я оторвался от чашки, уставился на него. Мне-то казалось, что тут все очевидно.

– Ну как… Если тем, у которых холмиков по максимуму…

– Угу… холмиков… – пробормотал Старик с гримасой, стиснув кулак.

Хрустнули суставы.

– Пятьдесят, для круглого счета.

Старик досадливо поморщился. Хотел что-то сказать, но не стал.

– Лет им по тридцать, – продолжил я. – Ритуалы они начинают…

Я замолчал. А со скольких они начинают ритуалы?

Старик глядел на меня с осуждением. Он мне, конечно же, об этом говорил. Только я ни черта не помню. Потому что пропустил все мимо ушей.

– С сорок первой луны после первого поцелуя Неназываемого, – недовольно сказал Старик. – Сначала щенки-котята, ягнята-поросята.

Ну а с тридцать седьмого ритуала… Тут уже не зверята.

– Поцелуй Неназываемого – это лет в двенадцать? – спросил я.

– Двенадцать… Плюс три с половиной года. Плюс еще года три, пока со зверятами. Получается, девятнадцать лет. С этого времени начинают всерьез. Ну, пусть с двадцати, для круглого счета.

Я поглядел на Старика, не будет ли возражений? Он кивнул.

– Значит, – сказал я, – с двадцати до тридцати лет – пятьдесят холмиков. Получается, по пять в год, если грубо… По четыре? Раз в сезон?

Старик тяжело вздохнул.

Покачал головой.

Я кивнул. Старик с сожалением цокнул.

– Не получается. Если честно, то все вообще… – Он покрутил в воздухе пальцами. – Чуть ли не наоборот все. Особенно с паучихами…

Он замолчал, подлил мне чаю.

Хм… Старик знает куда больше моего. Хотя даже то, что видел я сам… Да вот последняя. Холмиков больше всех, а по возрасту – чуть не самая молодая. Да, прав Старик. Что-то тут не так. Разве что…

Хоть на лбу у меня была испарина от горячего чая, по спине промаршировали мурашки.

– А может быть… – Я сглотнул и поставил чашку на столик.

 – Может быть, они делают по нескольку кладбищ?..

Я был готов к любой реакции Старика – к гневу, к усмешке, к досадливому фырканью. Только к одному не был готов. Старика мое предположение вовсе не удивило.

– Скорее всего. Скорее всего, не по одному…

Он пожал плечами и отхлебнул чаю. Совершенно спокойно. Словно речь шла о банных вениках. Кажется, он был уверен, что я тоже готов к тому, что у этих чертовых сук те кладбища, что на задних дворах, – вовсе не единственные.

Он посмотрел на меня и хмыкнул.