Нам слишком мало известно о жизни того двора и той эпохи, но ты умная. – Она вручила мне сумку. Спрятав туда гримуар, я закрепила ее на поясе. – По крайней мере с тобой будет Аарванд. Внимательно следи за тем, что ты говоришь и с кем говоришь. И остерегайся Мерлина.

Я села за туалетный столик и в зеркале встретилась взглядом с Эме. Как обычно, она старалась не показывать нам свой страх, но, если я вернусь с камнем, она потеряет Калеба.

– Когда мы закроем Источник, Калеб все равно сможет остаться с тобой. – У нас с Аарвандом такого варианта не существовало. Он князь.

Его народ нуждался в нем и… я помотала головой, отмахиваясь от собственных мыслей. Для Аарванда я не значила столько, сколько Эме для Калеба.

Она начала расчесывать мне волосы.

– И бросить свою семью, пока им все еще угрожает Регулюс? Такого я от него никогда не потребую, а он не разрешит мне остаться с ним, если тут я не буду в безопасности. У нас никогда не было будущего, – мрачно произнесла она.

Маэль подошла к нам и обняла ее одной рукой.

– Может, мы еще придумаем что-нибудь другое. Может, Аарванд и Вианна вообще не найдут камень.

Раздался стук в дверь, и вошел Эйден.

– Принято ждать, пока тебе не разрешат войти, – разозлившись, заявила ему Маэль. – У нас личный разговор.

– Тогда я пришел вовремя, чтобы ты не навязала сестре свои сомнительные жизненные установки.

– У меня нет сомнительных жизненных установок.

– Стоп! – скомандовала я, пока обстановка не накалилась. – Ты пришел оскорблять Маэль или хотел что-то конкретное?

– Я никогда не оскорбляю твою сестру. – Эйден умудрился выглядеть по-настоящему удивленным.

Эме негромко кашлянула, а Маэль подошла к столу и слишком резким движением схватила стакан с водой.

При этом она уронила со стола графин, и тот со звоном разбился о каменный пол.

– Итак, чего ты хотел, кроме того, чтобы нас побесить? – Маэль попыталась отвлечь внимание от своей неуклюжести.

Эйден засунул руки в карманы брюк. Его лицо приняло обеспокоенное выражение. Он был в униформе Ложи. Черные штаны, черная рубашка, черные сапоги. Я уже ждала «красочных» времен, когда все это закончится. Все-таки яркие цвета – это как-то более жизнерадостно. При мысли об Эйдене в желтой или розовой рубашке у меня дернулись уголки губ.

– Если этот ключ-камень действительно в Камелоте, – начал он, – то важно, чтобы ты нашла его и больше никому не отдавала. Даже Аарванду.

Я в недоумении уставилась на него.

– В этом ведь и заключается план, разве нет? Мы с Аарвандом принесем его и возвратимся ровно в то же место и то же время, откуда ушли. Вы вообще не заметите, что нас не было.

У него на лбу появилась глубокая морщинка.

– Естественно, вы так и сделаете. Но мне важно, чтобы камень находился не у Аарванда, а у тебя.