Лизка у меня тоже хоть и была веселушкой и с виду очень сильной деловой девчонкой, а в душе оставалась скромной, стеснительной и робкой девочкой, хранящей самые большие тайны глубоко внутри. Так что, поверь, я пусть и удивлена, очень-очень сильно, но не расстроена.

— Правда? — не верю словам.

— Правда. Но сразу предупреждаю… пройдет немного времени, я опомнюсь и приду в себя, а уж потом возьмусь за тебя всерьез и завалю кучей вопросов. Не обижайся. Договорились?

— Конечно, — улыбаюсь, часто-часто моргая, чтобы избавить глаза от пелены. — Мне и самой нужно время, Сонь, чтобы со всем свыкнуться. Ведь я, как и ты, тоже очень и очень удивлена. Только немного другим. Не ожидала Цикала у вас встретить, честное слово. Ты, подружка, умудрилась сделать сюрприз не только своему мужу.

— Правда?

— Угу.

— О, Боже! Надеюсь, ты за это на меня не в обиде? Юльчик, милая, если бы я знала, что ты будешь против, я бы…

— Тихо-тихо, ты чего разволновалась? — перехватываю ладонь подружки. Еще не хватало, чтобы у нее из-за моих перипетий грудное молоко пропало. — Сонь, если так было суждено, то оно произошло бы в любом случае. Поэтому, всё! Успокаиваемся и топаем допивать мой остывающий кофе и твой молочный чай. Наверное, крестники нас уже заждались.

— Ага, хорошо, — кивает Гроссо и следом уточняет. — А Амина знает?

— Нет пока. Я ей расскажу позже.

— О, ясно, — соглашается, на минуту зависает, о чем-то задумавшись, и вдруг резко оборачивается, восклицая. — Ю-юля-я!

— Что? — пугаюсь уже я.

— Ну мой муж и жук! — выдает уверенно. — А ведь он же знал! Знал про вас. Верно?

— Э-э-э, ну да, — пожимаю плечами, понимая, что из-за моего молчания еще и Алексу на орехи достанется. — Ты же его не прибьешь?

Заглядываю с надеждой в глаза.

— Да нет же, — отмахивается Соня. — Я про другое.

Удивляет загадочной улыбкой.

— Поделишься? — приподнимаю бровь, закидывая удочку.

Любопытство — мой порок.

Подхватываю свою чашку и, убедившись, что кофе безбожно остыл, с сожалением опускаю её в мойку. Не повезло его выпить.

— Мой хитрый муж предложил на крещении поделить близнецов. Одного тебе, другого Давиду. А не так, чтобы каждый их вас был крестным обоих, — ошарашивает новыми вводными Гроссо.

И опять загадочно улыбается, совершенно спокойно пригубляя холодный чай.

— Почему?

Мне действительно интересно и непонятно.

— Потому что… — звучит от довольной как слон подруги, напоминающей в этот момент бесшабашную вредину, которая точно знает, о чем говорит, но ни за что не расколется, потому что так решила. — А вот потому что!

Повторяет радостно вновь.

Чмокает меня в щеку, подхватывает за руку и утягивает из кухни в гостиную и дальше вверх по лестнице.

— Юльчик, нам уже пора выдвигаться, а то опоздаем.

* * *

Обряд крещения детей я прохожу как во сне.