– Нужно было сразу же рассказать о моих подозрениях и твоем даре ректору или хотя бы отцу. А я тянул до последнего момента, пока не оказалось слишком поздно. Нельзя было оставлять тебя в тот день ни на секунду без пригляда. Я поступил беспечно.

– Ты что такое говоришь? Ты спас меня! Закрыв собой… – Я несмело обняла его за талию.

– И тут же отключился, оставив без поддержки и защиты, – возразил он. В голосе сквозило самобичевание.

О, как все запущено! Это со мной около месяца вел психологические разговоры ректор, а Эрай оказался предоставлен самому себе.

Каких глупостей он себе только не напридумывал за то время, что лежал под восстанавливающим куполом!

– Не смей ни в чем винить себя! – Я подняла к нему лицо и попыталась взглядом объяснить то, что чувствовала. – Если бы все произошло по-другому, кто знает, была бы я сейчас жива или нет.

– Я больше не отпущу тебя даже на шаг! – Его обещание прозвучало довольно строго.

– По природной надобности тоже будем ходить вместе? – хихикнула я, желая подколоть.

– Если потребуется, – серьезно согласился Эрай, чем здорово озадачил.

– Да ладно тебе, – протянула я. – Не смешно.

– Я не шучу. Ты просто не представляешь, как я испугался в тот момент, когда понял, что вот-вот потеряю тебя.

– Ты просто не представляешь, как я испугалась, когда увидела, что уже потеряла тебя, – выдохнула я, вспоминая окровавленного бездыханного парня на полу подземелья.

Эрай убрал упавшую на мои глаза прядку и провел кончиками пальцев по влажной щеке.

– Ты плачешь, – прошептал он. – Не нужно. Теперь все будет хорошо. Ты мне веришь?

– Да, – прошептала я и добавила: – Не умирай больше, пожалуйста. Никогда. Я этого не переживу.

– Не буду. – Эрай наконец улыбнулся и низко склонился надо мной.

Я ощутила его дыхание, аромат и тепло кожи, почувствовала легкое прикосновение его губ к своим. И в этот момент нас оглушил истеричный визг:

Мы отпрянули друг от друга и уставились на женщину, неизвестно каким образом подошедшую к нам так тихо, что мы даже не услышали.

А может, просто увлеклись и не замечали ничего вокруг?

Меж тем мэдью явно пыталась взять себя в руки. Ее пышная грудь высоко вздымалась от нехватки воздуха, в чем немалую роль сыграл туго затянутый корсет, подчеркивающий осиную талию. Руки приглаживали безупречную сложную прическу. Губы попеременно то сжимались, то разжимались. Наконец она заговорила.