Как родственник Анатолий Михайлович для меня на суде не существует.

– Но Анатолий Михайлович очень просит тебя, папа, хотя бы тайно повидаться с ним в один из ближайших дней. Он хотел посоветоваться с тобой, как себя лучше вести на суде, – настаивала Руся.

– Ни о каком свидании не может быть и речи. Особенно тайном, следовательно – подозрительном, недозволенном, жульническом. Об этом я и слышать не хочу! Распоряжался он в Артуре ни с кем и ни с чем не считаясь, пусть же теперь один и держит ответ за все свои дела, – решительно отклонил генерал просьбу дочери.

Руся расплакалась от огорчения.

– Пойдём отсюда, Руся! – с нарочитым трагизмом промолвил молодой Стессель. – Знаешь пословицу: старая хлеб-соль забывается. Отец нужен был Василию Фёдоровичу в Артуре, когда представлял его к чинам и орденам! Тогда и разговор был другой. А теперь чем же может быть полезен «государственный преступник»? Теперь с ним можно и не церемониться.

– Вы забываетесь, поручик! Потрудитесь выйти! – вспыхнул Белый.

– Слушаюсь, ваше превосходительство! – вытянулся молодой Стессель и, резко повернувшись, вышел из комнаты.

– Раз ты прогоняешь моего мужа, значит – ты прогоняешь и меня! Прощай, моей ноги больше не будет в твоем доме! – вскрикнула Руся.

Белый осуждающе взглянул на дочь.

– Твой муж позволил себе дерзость. Не будь дурой и отнесись к этому разумно. Тебя никто не прогоняет и не считает ответственной за слова мужа.

Руся, всё ещё плача, продолжала одеваться.

– Мне нужно идти домой, папа, – уже мягче проговорила она.

– Это другое дело! Если надо, то я тебя не задерживаю. Объясни свекру и свекрови моё мнение. Если они не окончательно сошли с ума от злобы и страха, то поймут меня.

– Тяжело ей приходится меж двух огней, – вздохнула Катя, когда Руся скрылась за дверью.

– Сама виновата! Давно бы отреклась от Стесселя, раз он предатель и изменник! А муж, если хочет остаться с нею, пусть порывает с родителями или рвёт с ней и остаётся с ними, – запальчиво высказалась Варя.

– Значит, ты могла бы бросить и меня? – полушутливо спросил Звонарёв.

– Если ты окажешься предателем, изменником и вообще подлецом – брошу ни минуты не задумываясь! Возьму Надюшу и уеду к папе с мамой или к Кате, – отрезала Варя.

– А меня куда же? – насупился Вася.

– Оставлю с твоим ненаглядным дядей Серёжей, – бросила Варя.

– И чего ты, Варя, кипятишься? – недоуменно пожал плечами Белый.

– Это она так, для острастки! – объяснил Звонарёв, улыбаясь. – У неё это бывает.

Посидели, вспомнили прошлое, друзей и знакомых.

– Вот что, дорогие деточки, не надоел ли вам папаша? – иронически спросил генерал.

– Да, да, нам уже пора домой, скоро десять часов, – спохватилась Варя.