- А что именно, Нина? - ужаснулась я, понимая, что тут что-то не так, нянечка опустила глаза, а проведя рукой, как в замедленной съемке, указала к двери комнаты мальчиков.

- Ланочка, ты только не нервничай, а то снова на неделю впадешь в депрессивное состояние, мальчики без тебя не могут. Это вот воспитательница все рассказала им, я, когда забирала их сегодня из сада, то сама была в глубоком шоке - опускала тон, по мере приближения к комнате, Нина.

- Позвольте спросить, что именно рассказала? - вздохнув, глубоко и протяжно, спросила я.

- Да про племяшку твою, про мужа.

- Ладно, поняла - открывая дверь, вижу играющих в свой старенький конструктор мальчишек, им его передарили, от кого-то из взрослых достался. Они, увидев меня и Нину на пороге, ринулись бежать, тянуть ручки. Я так жадно обнимала их, понимала, что грустят, ведь отец не просто ушел, даже не по работе, а ушел к женщине, да еще и образовал там семью. Теперь они знали. Может за счет возраста они примут эту ситуацию более лояльно? Надеюсь.

- Ты снова опоздала? - уже почти кричал Тимур.

- Ну, вы не дали мне выходной, я никогда не брала, а тут решила с семьей побыть, но вы, совсем бесчеловечный, Тимур Михайлович! Я в вас разочарована. - крайнюю фразу я произнесла специально, мой босс не очень-то любил, когда его сравнивают с тираном, а потом всячески пытался исправиться, после дичайших психов, конечно, поэтому редко кто рисковал подходить так к нему, с претензиями.

- Лана, ты как разговариваешь? - покраснел тот.

- А как мне с вами разговаривать? Я тяну двух детей, сама, мой муж ушел к моей племяннице, по молоденьким захотелось, ни копейкой он нам не помог. А на работе прессуете меня вы, только вы, подмечу. Хотя, я справляюсь на все двести одиннадцать процентов! Я компании столько денег приношу, а вы мне мозг выносите! Если что-то не устраивает, то я сейчас же напишу заявление по собственному! - прокричала на весь этаж я, все мои коллеги встрепенулись и внимательно слушали, у особо сентиментальных уже текла скупая слеза, а некоторые кидали не очень-то одобряющие взгляды. Накипело, не могу больше! Он столько плохого мне сделал, да ладно если только так, с ним невозможно наводиться в одном помещении, вот недавно, мы с ним застряли в лифте, а у этого черта вдруг клаустрофобия проявилась. Боже, как я вышла из этой камеры пыток, сама не понимаю. Уволит и уволит, найду другую работу - опыт есть, отчетность и характеристики остались положительными, все нормально будет.

- Ты забываешься, Лана! - кричал в ответ тот.

- Да ничего ты мне не сделаешь, если я уйду. Ясно? Сам будешь этот объем тянуть, все свои файлики копировать с текстами километровыми и строчить гребенные сочинения на День защитника Отечества. Козлина! - уже не сдерживалась я, переход на «ты» - для него был фатальным.