Поднимаюсь вслед за ней и иду к себе. Собираю кое-какие шмотки и заношу к ней в квартиру. Она в шоке замирает на кухне, вываливая консервы своему коту. По глазам видно, что плакала.

– Что ты здесь делаешь?

– Ну ты же не думала, что после всего случившегося я позволю тебе жить одной? Теперь, моя хорошая, я буду следить за каждым твоим шагом.

– То есть… Ты будешь здесь?

– Буду. Всегда рядом, как ты и мечтала, – пожимаю плечами и иду в спальню, чтобы кинуть белье и рубашки в шкаф. – А ты теперь всегда будешь рядом со мной.

– Но я не хочу! – идет она следом.

 – Я могу работать на тебя, но видеть постоянно…

– Ну что ж, – ложусь на кровать и закидываю руку за голову, наслаждаясь ее гневом. От того, что я ее раздражаю, самому легче становится. Голова почти не болит. – Придется тебе смириться, как я смирюсь, что меня снова использовали. Впору чувствовать себя дебилом, раз не могу отличить меркантильность от любви.

– Не можешь, – выплевывает она и уходит на кухню.

– Сам делай, иначе я боюсь кипятком ошпарить твои выдающиеся причиндалы.

– Рад, что ты оценила. У отчима поменьше будут? – стараюсь не думать о том, что у них было, хотя это и сложно.

Самое главное, что она больше никому никогда не будет принадлежать кроме меня.

Она замолкает, и я хмурюсь. Даже не отвечает. Я встаю и иду выяснять, что происходит, на кухню. И тут она появляется из-за угла и выплескивает что-то прямо мне в пах.

От страха, что это кипяток, отскакиваю, но это просто вода.

– Жаль, не было времени воду вскипятить, – бросает она и уходит в ванную, а я рычу ей вслед, расстегивая брюки:

– Не сомневаюсь. Только женщины так могут: накосячить, а потом сделать вид, что мужчина сам во всем виноват.

Она уже закрылась в ванной, но я знаю, что она все слышит. В такой студии по-другому нельзя.

– Знаешь, могла бы похвастаться, в чем именно заключался план.

– Зачем? Ты же уже все придумал. Наверняка все знаешь лучше меня!

– Мне не нужно ничего придумывать, все факты налицо.

– Вот и живи теперь с этими фактами, а меня в покое оставь!

– Нет уж, я лучше буду жить с тобой и следить, чтобы еще какой-нибудь факт не навредил моей компании, – или какой-нибудь факт не взял то, что принадлежит мне.

Жду ее ответа, развешиваю брюки на стуле, но опять ничего. Я уже сделал себе чай, внимательно слушая, как льется вода. Но в какой-то момент понимаю, что вода уже давно не льется. Подхожу к двери и стучусь. Сначала вежливо.

– Полина… Полина, открой дверь! Полина, я же вышибу ее!

И больше не жду. Страх, что она что-то с собой сделает, буквально накрывает с головой, и я бьюсь плечом в дверь. Замок отлетает с треском, и я забегаю в ванную, готовый ее спасти.

А Полина вскрикивает и вынимает наушники.