— Очень трудный. К тому же он еще не закончился…

София уловила в этих словах намек на то, что ее приход отнюдь не поднял настроения у СиСи. Но сейчас она не была настроена на выяснение отношений.

— Присядем? — он указал на диван. Они сели рядом.

— Что ж, думаю, что сейчас я смогу поднять тебе настроение… — снова улыбнулась она.

СиСи пристально посмотрел на Софию и с некоторой опаской в голосе сказал:

— Очень хорошо. Чем же это?

Несколько мгновений София колебалась, не зная, с чего начать. Затем сказала:

— Ты можешь помочь двум влюбленным.

— О… — разочарованно протянул СиСи.

— В таких делах я могу только все испортить. Мне кажется, что ты возлагаешь на меня слишком большие надежды.

— Но это совсем не обязательно, — возразила она. — Им сейчас очень нужна твоя помощь.

СиСи подозрительно посмотрел на Софию.

— Похоже, я догадался, — сказал он.

— Да. Это Мейсон и Мэри, — подтвердила она.

— Насколько я понимаю, ты говоришь об их свадьбе. Очевидно, они хотят получить мое благословение. Не так ли?

— В общем, ты недалек от истины, — уклончиво сказала София. — Однако, дело обстоит не совсем так.

Они больше заинтересованы в том, чтобы ты помог получить Мэри развод.

— Если дело касается их свадьбы, тут я еще могу что‑то понять. Но, что до развода… то, прости, София, при чем здесь я? Тем более — ты.

У Софии появилось предчувствие, что ей придется очень нелегко. Судя по всему, СиСи был настроен резко отрицательно.

— Понимаешь, — просящим тоном произнесла она, — Марк, который, как тебе известно, до сих пор является ее мужем, очень дурно обошелся с Мэри.

СиСи поднялся с дивана и принялся расхаживать по комнате.

Он не скрывал своих неприязненных чувств.

— София, я тебе уже сказал, и еще раз повторяю, что это не твое дело.

Она также поднялась и подошла к СиСи.

— Я прошу только об одном, — чтобы ты позвонил кардиналу О'Брайену и попросил его ускорить прохождение дела о разводе Мэри и Марка.

СиСи холодно взглянул на нее.

— Если им нужна моя помощь, пусть придут ко мне сами!

София пыталась не терять самообладания.

— Но это была моя идея, — с улыбкой возразила она. — Ведь я прекрасно знаю, что ты близок с кардиналом О'Брайеном…

А вот СиСи, похоже, начинал терять терпение.

Он раздраженно бросил:

— Я что‑то не понимаю. Последние несколько месяцев ты и вся семья терзали меня за то, что я вмешиваюсь в жизнь своих детей…

— Но, теперь ты можешь помочь, — невозмутимо парировала она.

— Кому? Мейсону?!! — он произнес имя своего сына с таким сожалением, будто Мейсон был досадной ошибкой его молодости, за которую СиСи придется расплачиваться до гробовой доски.

София мгновенно почувствовала это и благоразумно перевела разговор в другое русло.