Но, пожалуй, мое старье чаще ломалось, чем работало. – Джанет покашляла и отпила кофе. – Значит, вы официально открываете дело об исчезновении моей дочери? После стольких лет? И вы пришли сказать мне об этом?

– Группа по расследованию тяжких преступлений берет расследование в свои руки. Они посылают сюда своих сотрудников.

– Но почему? Почему сейчас?

Ребекка задумалась о том, как лучше сформулировать ответ, и решила, что Джанет заслуживает откровенности.

– Возможно, смерть моего отца не была самоубийством.

Джанет распахнула глаза.

– У нас возникли вопросы. Перед смертью он снова занялся делом Уитни, потому что раздобыл кое-какую новую информацию.

Есть вероятность, что его смерть связана с тем, что ему удалось узнать об Уитни и Треворе в ходе расследования.

Джанет резко поставила чашку на стол.

– Что за новая информация?

– Свидетельница, которая якобы видела, как Тревор и Уитни садятся в белый фургон, солгала.

– Никто не видел, как они уехали из города.

Джанет глубоко задумалась.

– Вы хотите сказать… Уна Феррис… она их не видела?

– Почему она солгала?

– Это часть расследования. Я так понимаю, Уитни была знакома с Уной.

Насколько они были близки друг с другом?

– Я… я не знаю. Она познакомилась с Уной в баре в Девилс-Батт.

– Да. То же название, что и у города. Уна работала там. Ее ухажер был там управляющим, когда объявили об исчезновении Уитни.

У Ребекки зачастило сердце.

– Вы помните его имя?

Джанет покачала головой.

– Увы. – Она подняла свою кружку и помедлила. – Но почему бы не спросить Уну?

– Уна погибла в автомобильной аварии прямо перед смертью моего отца.

Джанет уставилась на нее и медленно опустила кружку.

– Это как-то связано?

– Это тоже часть расследования.

Джанет замолчала. Ее глаза наполнились слезами.

– С Уитни случилось что-то страшное? Я знала, что так и есть.

– Мы еще не знаем, Джанет, – мягко сказала Ребекка. – И будет полезно, если вы ни с кем не будете говорить об этом. Знаю, вам будет непросто, но это очень маленький город. Все связаны друг с другом, и, если сведения просочатся наружу, расследование будет затруднено.

– Ариэль Макадам все еще в городе? – Ребекка имела в виду лучшую подругу Уитни.

– Несколько лет назад она переехала в Камлупс, – печально ответила Джанет.

 – Если бы не Ариэль, то я, наверное, не обратилась бы за помощью к твоему отцу тогда, в декабре. Я так беспокоилась, когда не пришло никаких известий, особенно перед Рождеством. Но я думала… что дочь просто ненавидит меня. Я… я подвела ее и понимала это. Как мать-одиночка, работавшая в двух местах без всякой поддержки от ее никчемного отца, я старалась пережить каждый день, да еще всякие назидательные беседы с дочерью. – Она утерла слезинку. – Уитни была трудным ребенком.