Мы никогда об этом не говорили. Вадик позвонил, когда впервые появился… суккуб. То есть эта женщина. Вадик был в истерике, уверял, что его хотят убить, что на него навели порчу и что это плата за прошлое. Через некоторое время суккуб начал донимать Крокотова, а потом нас всех. Володька Яснев сразу запил. Он считает, что тогда, на стройке, мы продали душу дьяволу и теперь дьявол пришел потребовать долг. Ванька Крокотов в бешенстве. Он привык держать судьбу за хвост, а тут полностью потерял контроль над ситуацией. Он же не бедствует, знаете… Нанял телохранителей, ездил в бронированной машине.

– И что? – заинтересовалась Сабина.

– Да ничего. Охранников вырубили, они часов десять валялись в своем броневике… А Крокотов очнулся на улице среди ночи, на скамейке, полураздетый. Страшно паниковал. Трудно поверить в то, что такое вообще возможно…

«Гипноз, – подумала Сабина. – Сначала гипноз, потом какие-то одурманивающие средства». Мысли ее снова обратились к иллюзионисту Эдемскому и его помощнице.

– Староста вашего класса, Савченко, могла узнать о том, что вы виновны в гибели Андрея Протасенко? – спросила она. – У меня есть сведения, что она была в него влюблена.

– Да мало ли, кто был в него влюблен! – мгновенно вскинулся Смородинцев. – Ленка Чарунга его преследовала просто, Танька Савченко действительно глазки строила… А вообще-то официальной девушкой его считалась Рита Русанова.

– Могла ли Савченко узнать об убийстве, допустим, от запившего Яснева? В пьяном угаре чего только не сболтнешь! Хотя что это я? Яснев запил уже после того, как появился так называемый суккуб. М-да, непонятно. – Она снова прошлась по комнате, наморщив лоб. – Кто-то спокойно живет двадцать с лишним лет, а потом вдруг – бац! – решает извести всех, кто виновен в старом преступлении. Точкой отсчета становится вечер выпускников. Почему? Что случилось на этом вечере? Вернее, мы знаем, что случилось – появился призрак Чарунги – раз, и впервые в школу пришла семья Уварова – два. Либо одно, либо другое событие стало спусковым крючком для убийцы. Какое?

– Может, Чарунга не умерла? – спросил Смородинцев со страхом. – Она явилась на вечер встречи выпускников и прикинулась собственным призраком, чтобы дать понять: она начинает мстить!

– Почему она ждала столько времени? Вот вы, например, успели несколько раз жениться, завести кучу отпрысков, жили в свое удовольствие. Мне приходит в голову только одно объяснение: кто-то из вас на том вечере проболтался.

– Да вы что?! Как можно проболтаться? Ты живешь с чувством вины и так к нему привыкаешь, что перестаешь замечать. Вина спрятана слишком глубоко в подсознании. Вам этого не понять.

«Может быть, проболтался Борисов, – подумала Сабина.