Дважды в один стаб решили не ходить, чтобы не привлекать к себе особого внимания, толпу не собирать, да и двигаться в ту сторону пешком. А уж затарившись, возвращаться любым удобным способом, тем более что и прокачанный мул в составе группы имелся.

Два выхода было достаточно, чтобы отработать все нюансы, да и вход снаружи никто открытым держать не собирался. Едва все покидали проход, деформатор его закрывал на полсотни метров, исключая любое проникновение извне, а к сроку возвращения вход вскрывался лишь после опознания по радиосвязи, для чего среди встречающих всегда присутствовал кто-то из нас с коммуникатором нолдов. Иные средства связи не пробивали такой слой камня, а вот наши вполне засекали передачу кодовой фразы, после чего и начинали процесс расконсервации прохода.

Участники группы поголовно имели тот или иной дар со скрытом, а в этот поход ещё и начинающего сенса в комплекте, так что проблем возникнуть не должно, тем более основной путь они проделают по медленным кластерам. Правда в первый раз, когда ребят вёл я, переживали, что кто-то не захочет вернуться, но за полтора месяца скитаний по протекторату все изрядно нагляделись на местную жизнь и тех, кто решил остаться, просто не оказалось. Собственно, во второй поход картина повторилась в точности, ибо несколько лет в едином коллективе, устроенном по принципу армии, где каждый занимается только своим делом, очень меняет восприятие человека. И теперь попадание в обычное общество Улья, где любой может за споран загнать тебе нож в ухо, вызывает стойкое отвращение, которое вполне забивает эйфорию от мнимой свободы.

Проход формировали несколько дней, и при выходе лишь вскрыли последние десятки метров, так что едва привели температуру камня к приемлемой, из него посыпалась группа поддержки, в которой был и я. А уже после проверки местности в районе выхода, из туннеля показалась и сама группа и едва покинув его, направилась к ближайшей роще.

Ещё через десяток минут я и Ки наблюдали за тем как вновь разогретый камень, словно живой пластилин затыкает дырку, оставляя снаружи лишь наслоения оплавленного красного камня.

Один из наблюдавших за развязкой, пихнул второго, что прикорнул в теньке и, когда тот нехотя поднялся, сопроводил своё действие фразой:

- Гляди, - при этом указывая на тот съезд, что смотрел на север, упираясь почти в край кластера.

- А, этот, - лениво отмахнулся тот, сделав неопределенный жест рукой, и снова откинулся на траву.

- Опять со своей кошкой туда прётся, - прокомментировал первый и, подумав, добавил, - грохнуть из снайперки и дело с концом, говорят, добра у него с собой тонна.