Смотреть на него со стороны было и забавно, и неприятно: Глеб рисовался даже перед прохожими, которые, окинув его рассеянным взглядом, безучастно проходили мимо. Но секретаря равнодушие зрителей, похоже, не смущало: он самозабвенно продолжал свое выступление-пантомиму. Наконец, закончив разговор и убрав мобильник в карман, Глеб пошел по тротуару в сторону центра. Я медленно поехала за ним. Глеб зашел в цветочный магазин и появился оттуда через пять минут с букетом роз в руках. Представляю, как отреагирует на это Инна!

Потом Глеб заглянул в продовольственный и вышел оттуда с коробкой конфет.

Наивный дурачок! Он что, до сих пор не знает, как Инна относится к сладкому? Как только она увидит на обратной стороне коробки, сколько калорий содержит это лакомство, она придет в ярость! И хорошо, если эта коробка полетит просто в мусорное ведро, а если Глебу в голову? Далее путь секретаря лежал на улицу Межинскую, и я поняла, что он идет к остановке маршрутки, которая следует за город в коттеджный поселок. Ну, ну! Экономит на такси? Практичный человек.

Я поравнялась с Глебом и, глянув в окно пассажирской дверцы, окликнула его.

Он изумленно посмотрел на меня и расплылся в обольстительнейшей улыбке:

– О! Татьяна! А вы здесь каким чудом?

Ах ты, двуличный негодяй! Инны рядом нет, можно и с другой пофлиртовать? Ладно, я с тобой еще разберусь.

– Я случайно ехала мимо, смотрю – вы идете. Дай, думаю, поздороваюсь. А вы никак к даме сердца собрались, Глеб?

Секретарь смущенно посмотрел на букет и промямлил:

– Да я это… знаете ли… вот, купил…

– А я к Василевским еду, – сказала я, – вам со мной, случайно, не по дороге? Может, подвезти вас?

Глеб задумался.

Я поняла, что ввела его в искушение: с одной стороны, он не хотел, чтобы я знала, что он едет к Инне с таким презентом, с другой – не хотел тратить время и деньги на маршрутку. На машине ведь получится быстрее, да и платить не надо. Наконец, жадность победила. Глеб прыгнул в мою машину, и я направила ее к коттеджному поселку.

По дороге, чтобы не тратить времени даром, я решила «закинуть» секретарю несколько вопросов:

– Глеб, скажите, как, по-вашему, Дмитрий Алексеевич хорошо относился к своему водителю?

Глеб повернул голову и посмотрел на меня со своей слащавой улыбкой:

– Татьяна, дался вам этот водитель! Неужели нам с вами больше поговорить не о чем?

– Как понять – «дался этот водитель»? Его, если вы помните, убили! А я это дело расследую.

Или вам все равно?

– Да нет, конечно, не все равно. Просто… Дмитрий Алексеевич носился с Антоном, как курица с яйцом: «Антон поступил в институт! Антон очень обязательный человек! Антон!.. Антон!..