Одно дело оставить квартиру детям, другое – сопернице, хотя я никогда, да и сейчас тоже ею себя не чувствовала. Но понимала, что искренний и непосредственный Дато запросто мог рассказать и о праздновании моего рождения, и о песне, и о собственноручно приготовленной для меня овсянке.

- Значит, Питер, - подвел итог Георгий.

- Да. И мединститут, - согласилась я.

- Исключено! - отрезал уже мой муж. Расписали нас тихо и быстро – по блату, которого у него в этом регионе было достаточно во всех структурах. Так же по блату в срочном порядке делался загранпаспорт.

- А почему? – удивилась я, - ограничений по возрасту нет, вместо ЕГЭ я напишу внутренние экзамены.

- Маша – нет! Ты никогда не будешь стоять со скальпелем за операционным столом. Максимум – подавать мне инструменты и то очень нескоро. И это не обсуждается, - ровно, отстраненно и холодно изрек он.

Все так… умирала я от очередного понимания и поэтому - счастья. Тот же тон, то же выражение лица, тот же взгляд - «Вы должны понимать, мадам… Так вот – этого не будет. Мне не хотелось бы семейных ссор на пустом месте… Я терпеливо выслушаю ваше мнение, но не обещаю, что прислушаюсь к нему…» А потом стон, будто из самого сердца – «это невыносимо, Мари! Я пропадаю без вас…»

- Я люблю тебя, - сообщила я, крепко обняв его и первый раз озвучив это, как факт: - И всегда буду прислушиваться к твоему мнению.

Но вот сейчас ты о чем, какой скальпель?! Да я сопьюсь к чертям! Я же оперировала только под хороший глоток коньяка - для храбрости. Нет, солнце моё – я реально смотрю на такие вещи. И поступать буду не сейчас – силёнки не те и подготовка нужна. Поступать не на хирургию... хочу попробовать медицинскую психологию.

- Мань, - сжал он меня почти до боли, зарывшись лицом куда-то в шею и волосы: - А не могла ты другой повод выбрать? Чтобы мне вот это.

.. самое главное сказать.

- Поняла, что молчать не могу и сказала, - жалась и я к нему, - ты мужчина, глава семьи и всегда прав, но сейчас мог бы вначале выслушать меня. Между прочим, иногда я тоже говорю умные вещи.

- Когда ты вот так говоришь… свято верю, что прожила не тридцать семь, а пятьдесят два, - крепко поцеловал он меня и спросил: - А почему психология? Как-то связанно с Санной?

- Связано, - неохотно призналась я, - она хороший человек, добрый, но… «Мудро» давала мне время, не понимая серьезности ситуации и ориентируясь на результаты анализов и обследований.

Да - у меня были относительно неплохие физические показатели и адекватное поведение. Но решение уйти из жизни не всегда принимают в диком отчаянии или под мороком. Иногда кажется, что это взвешенный, разумный поступок, когда то, что потерял, ощутимо перевешивает перспективу, в которой не просматривается смысла. И ты вдруг уверен, что жизнь просто ради жизни это существование.