Но и стоять молча и покорно слушать, как меня оскорбляют, я не стану!

Кашлянула и подняла руки ладонями вверх. Шут их тут знает, какие телодвижения тут могут счесть враждебными, но это, вроде бы, универсальное.

– Я, Гвендолин Мэй, травница из Сухожабок, – блин, лишь бы сейчас опять не расхохотаться, – готова продемонстрировать всем, что я могу.

Перешептывания смолкли. Люди принялись переглядываться и коситься на меня. Наконец, толпа расступилась, и вперёд вышел высокий мужчина с короткими светлыми волосами. На вид ему было лет сорок, и по всему было заметно, что за собой он тщательно следил.

Это было видно по его накрахмаленному белому халату.

Стоп, что? Белый халат? Он мой коллега, или тут это самая обычная одежда?

– Я не понимаю, для чего вы, господин Алластристе, притащили сюда эту девчонку, – внезапно высоким голосом проговорил незнакомец, – неужели нельзя уже забыть вашу идею отыскать какую-то там чудо-травницу для принцессы Фреи?

Его слова встретили гул одобрения у собравшихся. Краем глаза я заметила, как Тайрон стиснул кулаки и услышала, как он скрипнул зубами.

– Многие восторженно отзывались об её целительских навыках, – прорычал Тайрон, бесцеремонно подталкивая меня в спину, – именно поэтому она здесь. Сейчас мы посмотрим, кто из вас лучший лекарь!

И, помолчав, ехидно добавил уничижительным тоном:

– Господин Франтишек Кляйн.

Это сочетание имени-фамилии внезапно показалось мне смешным, и я, улучив момент, фыркнула в кулак."

"– То есть, вы хотите сказать, что не доверяете мне? – неожиданно вскрикнул – почти взвизгнул – Франтишек, – мне, прославленному лекарю, что неоднократно лечил членов королевской семьи… Я уже столько терпел вашу блажь, но сегодня моё терпение лопнуло!

– Не доверяю, – вдруг неожиданно спокойно откликнулся Тайрон, – именно поэтому я и искал травницу с хорошим опытом, которая могла бы помочь Фрее.

Лицо Кляйна исказила такая сильная гримаса ненависти, что я невольно отпрянула. Мне стало физически больно от той злобы, которой он буквально сочился.

Да что с ним не так? Что с ними со всеми не так, почему тут все такие злющие, как шершни по осени?!

Ладно, Тайрон хотя бы меня не ненавидит, как Франтишек. Этому-то вообще, похоже, пора голову подлечить.

– Давно известно, что все бабы слишком тупы, чтобы заниматься таким благородным делом, как медицина, – прошипел Кляйн, – я твёрдо в этом убеждён и от своих слов отказываться не намерен! Удел бабы – стоять у плиты и рожать детей! И тех у неё тут же отбирать надо, чтобы воспитать в строгости!

А вот это был совсем перебор!

Я не выдержала и, резко обернувшись к Аллатристе, коротко сказала:

– Отпусти меня, я хочу тоже ему кое-что сказать!

Брови капитана взлетели вверх, но, к моему изумлению, он не стал спорить.