Я вдруг увидела, как её зрачки расширились, а глаза заблестели, словно она задала тот вопрос, ответа на который жаждала получить очень давно.

Меня это напрягло. Я встала и на всякий случай отступила от её кровати на пару шагов.

– У нас сугубо деловые отношения, – холодно сказала я тоном, отсекающим дальнейшие расспросы.

Но королева не унималась.

– Ты спишь с ним? – вдруг хищно спросила она, облизнув губы, – Да? Я что-то такое чую! Недаром же он приволок тебя из какой-то глуши! Отвечай!

Глава 50

Бестактность королевы и её неуёмное любопытство неприятно удивили меня.

К чему эти расспросы? Какое вообще отношение имеет Тайрон к тому, что тут происходит?

– Не понимаю, как подобное пришло вам в голову, – сухо ответила я и отступила ещё на пару шагов назад, – повторю ещё раз: исключительно деловые отношения. И точка.

“Ну да, ну да,” – хихикнул внутренний голос, – “а ведь хочется большего, верно?”

Я стоически проигнорировала его, и он обиженно заткнулся.

– Если у вас больше нет вопросов по самочувствию, – холодно сказала я, – то вынуждена откланяться. Дела не ждут.

“Рита,” – проклюнулся в голове обеспокоенный голосок Пака, – “с тобой всё в порядке?”

“Да,” – тут же ответила я, – “с королевой ничего серьёзного.

Как Фрея? Я вернусь минут через десять.”

Котёнок заверил меня, что всё хорошо, и умолк.

А вот я сглазила…

– Стоять! – вдруг гаркнула Амаранта таким страшным голосом, от которого что-то жалобно звякнуло, упало и покатилось, – Я тебя никуда не отпускала!

М-да. Похоже, заболевание она всё-таки симулировала. Вряд ли человек, которому так плохо, как она живописала, будет так орать.

Я обернулась к ней.

– У вас остались вопросы по вашему недомоганию? – подчёркнуто вежливо спросила я, – Может быть, мне всё-таки сделать травяной чай?

– Это совершенно необязательно! – вдруг раздался в комнате до зубовного скрежета знакомый и отчаянно противный голос, – Мы услышали всё, что нужно!

В дальней стене распахнулась дверь, которую я сначала не заметила.

Что неудивительно – она была выкрашена в тот же белый цвет и подогнана так, что не было видно даже её очертаний.

Из-за двери в комнату шагнул Франтишек Кляйн. Он глумливо улыбался и едва ли не потирал руки.

Вообще выглядел, как человек, который предвкушал, что его пакость вот-вот сработает.

При виде него сердце захолонуло от очень нехорошего предчувствия.

– Всё, что нужно – это что именно? – с подозрением осведомилась я, – Что вы имеете в виду?

– То, что вы пойманы с поличным! – торжественно провозгласил Кляйн и вдруг протяжно свистнул.

Дверь со стуком распахнулась. В комнату ворвались трое стражников, и, не успела я опомниться, как на моих руках защёлкнулись тяжёлые наручники, скрепленные цепью.