И не смей мне запрещать! – слегка повышаю голос и тычу пальцем в его стальную грудь, видя, как Артем хмурится и собирается мне что-то возразить. – Я все решила. И ты мне не запретишь. Не в этот раз.

– Я и не собирался. Да, я против, чтобы ты выходила из дома и куда-то ездила. Но…я понимаю, как это важно для тебя. Поэтому ты будешь работать в фонде, хорошо. Но под охраной и не на полный день.

Теперь мой черед удивляться. Кто этот человек, и что он сделал с Артемом Волковым?!

Он. Со мной. Согласился.

А Артем, кажется, замечает все эмоции, что отражаются на моем лице, усмехается и подталкивает к машине:

Еще раз окидываю его взглядом и бросаю как будто между делом:

– Одевайся в следующий раз теплее.

Теперь уже Артем замирает, явно удивленный моим выпадом.

На следующее утро Анна Владимировна собирает весь коллектив в небольшом зале переговоров, чтобы представить меня как руководителя. Я ужасно волнуюсь, как школьница на экзамене. Но совершенно зря – все проходит как нельзя лучше, и сотрудники новость о том, что я теперь руковожу фондом, принимают на «ура».

Уже в новой должности я желаю всем хорошего рабочего дня и распускаю по рабочим местам.

– Можно? – Инга стучит в дверь кабинета и просовывает голову.

Интересно, если рявкну «Нельзя!», она уволится? А что, это мысль…

Но вместо этого я, тяжело вздохнув, как можно более миролюбиво произношу:

Я не могу сейчас попросить Ингу «по собственному». Потому что за эти дни изучила несколько десятков дел, и стоит признать – она действительно профессионал своего дела. Эмоциональное состояние женщин, которых она ведет, стабилизируется просто какими-то немыслимыми темпами. И если сейчас моя личная неприязнь возьмет верх, то я собственноручно лишу многих женщин, страдающих от насилия, возможности обрести душевное равновесие.

И погублю дело всей маминой жизни.

Поэтому я заталкиваю свое отношение к Инге куда подальше и поглубже и готовлюсь слушать ее. Вот только чаю выпью.

Нажимаю клавишу селектора, а мне никто не отвечает. Хмурюсь и встаю с места, чтобы выйти в приемную, как Инга останавливает меня:

– Ты ищешь Анну Владимировну? Она ушла на обед. Как и многие в офисе. Не бережешь ты себя, Аврора. В твоем-то положении, – цокнув, Инга качает головой.

– Чай. Зеленый, – отвечаю растерянно, глядя на часы. Действительно, обед в самом разгаре. – Спасибо! – кричу уже в раскрытую дверь приемной.

Инга возвращается с подносом, на котором дымятся кружки с чаем. Действительно ухаживает: там поместилась еще тарелка с бутербродами. Я накидываюсь на еду и спрашиваю, едва успев прожевать:

– О чем ты хотела поговорить?

– Это подождет. Поешь нормально, тебе нужно хорошо питаться.