Ни мгновения не собираюсь задерживаться рядом с почти уже бывшим мужем. Хотя он считает иначе. Догоняет почти сразу.

– Что, правда, откажешься от всего? – одаривает меня прищуренным взглядом.

Усмехаюсь. И молчу. Иду дальше, делая вид, что его не существует.

Конечно, я не откажусь, но ему о том знать не надо. Пусть расслабится немного, уверует в свою безнаказанность. Я нанесу удар позже, когда буду готова. Раз уж у меня есть три года, то воспользуюсь этой отсрочкой по-полной.

– Ты же так топила за справедливость, а теперь вдруг отступила? Не верю. Ты точно что-то задумала.

Останавливаюсь. Оборачиваюсь к бывшему мужу лицом. Одариваю его насмешливым взглядом.

– Задумала, – признаюсь, но лишь в этом. – Жить. Наслаждаться каждым днём, в котором больше нет тебя. Тем, что больше не придётся выслушивать твоё нытьё о том, как ты устал и тебя всё достало. Ной теперь своим покупателям об этом, если они согласятся тебя слушать, конечно. И не скучай по былому, Гриш. Потому что я уж точно не буду.

С этими словами я, хлопнув пару раз по его плечу, отворачиваюсь от него и возобновляю свой путь на волю. Самое смешное, что, оказавшись на улице, я и впрямь чувствую себя невероятно свободно.

Впервые за долгие годы. И не подозревала, как сильно меня тяготило быть с Гришей. Правду говорят, чтобы оценить степень нужности кого-то, этого кого-то надо потерять. А я, оказывается, ничего не теряю. Наоборот, приобретаю. Себя! И теперь, улыбаясь миру, я с радостью бегу в своё светлое будущее. Которое с каждым часом становится всё светлее и светлее.

У ЗАГСа меня ждёт сын. На моём ярко-алом пикапе! Его бок призывно сверкает в лучах весеннего солнца и прямо-таки кричит о том, как он по мне соскучился.

Как устал стоять без дела. И разве ж я могу ему отказать? Никогда! Запрыгнув за руль, я завожу двигатель и тут же срываюсь с места. Ну как срываюсь, аккуратно выезжаю со стоянки под понимающую ухмылку сына.

– Что ты отцу такого сказала, что он весь аж побагровел? – интересуется, как только мы отъезжаем от ЗАГСа.

– Правду сказала. Как рада освободиться от его нытья.

Тимур на это только снова ухмыляется. А я не выдерживаю и задаю ему свой интересующий меня вопрос:

– Как там Дина? Поговорил с ней?

– Нет. Она вчера проснулась только к вечеру, когда часы посещения завершились.

Сегодня чуть позже заеду. Решил сперва тебе помочь.

Оттягивает неизбежное, как может, в общем.

– То, что твой отец мудак, не значит, что она такая же. И я вот, о чём подумала… Ольга, конечно, не подарок, но вчера в больнице она и впрямь была в шоке от нашего обвинения в адрес её дочери. Не думаю, что она настолько хорошая притворщица, чтобы так умело выгораживать дочь, если та вдруг реально настолько сука. А вот твой отец уже не раз был пойман на вранье.